Книга Побеждая смерть. Livor Mortis, страница 54 – Рид Солгрет

— Я постараюсь найти логику в его действиях, но это не означает, что он поступил правильно и что я его оправдываю.

— Значит, ты из тех, кто делит мир на черное и белое? Я тебя понял.

— На мой взгляд, ты слишком категоричен. Я не делю мир так строго, но склонен считать, что универсальные моральные принципы – это не самое плохое, что придумало человечество. И если ты не заметил, пока мы шли, ты уже составил целый список тем, на лекции о которых я бы лично с удовольствием походил.

— Несмотря на то что многие преподаватели считают меня подающим надежды, у меня весьма поверхностные знания в философии. Есть студенты, которые значительно затмевают меня. Мне трудно с ними соревноваться, а посвящать все свое время философии или какой-либо другой дисциплине мне не хватает терпения и усидчивости. И, возвращаясь к проблемам философии… я еще не упомянул детерминизм, который меня занимает больше всего.

— Как думаешь, нас всем предопределено стать великими учеными и прославиться? – Дэннис слегка толкнул приятеля локтем.

— Чтобы ответить на этот вопрос, придется дать оценку могуществу Вселенной и роли случая в жизни человека, что, как ты сам догадываешься, процесс довольно долгий и, я думаю, весьма трудоемкий. Вот что действительно было определено многими предшествующими событиями, так это то, что следующие несколько часов мы будем страдать в душной аудитории под аккомпанемент занудства Сиэла.

Молодые люди уже стояли в огромном, с высокими потолками, холле университета, полном спешащих в главный лекторский зал слушателей лекции.

— Да брось. Наверняка Эд приготовился нас чем-нибудь удивить, – предположил Эшберри, пока они проталкивались сквозь толпу.

— Моррис! – внезапно окликнули Лиама сзади. – Почему я не вижу вас среди участников конференции?

— Профессор Берг! Мне решительно нечем занять умы окружающих.

Возле входа в аудиторию молодых людей догнал невысокого роста, коренастый седой мужчина с объемной папкой в руках.

— Не смею даже ставить себя в один ряд с такими светилами науки, как Сиэл.

— Прекрати, Лиам! – возмутился Дэннис. – Он прибедняется, профессор. Если бы у Морриса был такой же строгий ментор, каким вы являетесь для Эдварда, он бы уже сразил всех не только в Кентербери или Оксфорде, но и во всей стране!

— Так в чем проблема? Я могу показать ваши научные работы своим лондонским коллегам, которые занимаются философией.

— Если бы только эти работы еще были написаны, – несколько виновато произнес Лиам, гневно взглянув на Эшберри.

— Что ж, – замялся преподаватель. – Как только вы будете готовы покорять науку, милости прошу. Обращайтесь ко мне. А сейчас давайте послушаем вашего друга, который предпочитает не тратить зря свою молодость. – Профессор занял свободное место в первом ряду большого конференц-зала прямо перед трибуной докладчика.

Самого Сиэла нигде не было видно, и Моррис медленно начал подниматься по ступенькам к верхним рядам.

— Сядем поближе? – предложил Дэннис.

— Ты садись, а место тех, кто бездарно тратит свою молодость, на задних рядах.

Эшберри поджал губы и, ничего не ответив, устроился прямо позади профессора Берга, где еще было несколько свободных мест.

Впрочем, почти все уже было занято, Рут Лигейл с подругами сидела на самом дальнем ряду, и Лиаму ничего не оставалось, как только протиснуться между двумя компаниями студентов-физиков, нагромоздивших перед собой на столах целые стопки книг, которые то и дело грозились рухнуть на впереди сидящих людей. Молодые люди громко разговаривали, двое из них что-то быстро срисовывали из открытой книги. Двое даже успели поссориться и начали закидывать друг друга смятыми конспектами.