Книга Побеждая смерть. Livor Mortis, страница 86 – Рид Солгрет

Всхлипы стали раздаваться все громче и чаще. Лица скорбящих мрачнели с каждой секундой, придавая яркому солнечному свету, заливающему все вокруг, искаженный смысл. Не было ничего более неправильного, чем похороны в такой день.

Пока мистер Сиэл и Эд приближались к подготовленному месту захоронения, гроб уже поставили на две небольшие деревянные подставки, и священник принялся читать молитву. Люди иногда посматривали на Эдварда, а он испуганным взглядом впился в гроб, крышка которого так и не была поднята. Медленно, стараясь не привлекать внимания, он попытался скинуть со своего предплечья сильные руки Паркера, чем только заставил своего брата впиться в него еще сильнее. Сам мистер Сиэл молил небеса, чтобы святой отец успел провести весь обряд до того, как Эдвард снова зайдется в истерике.

Когда были сказаны последние слова и Лиама начали опускать в последнее место его упокоения, сопротивление Эда стало очевиднее. Он изо всех сил кусал губы, уже практически прокусывая их до крови, и в какой-то момент, когда уже многие бросили по три горсти земли в могилу, навеки прощаясь с Моррисом, Эдвард, наконец-то освободившись от сдерживающих его объятий, рухнул вниз, следом за гробом.

— Боже, Эд! – Паркер оглядел присутствующих в поисках Хэмфри, Дэнниса или кого-нибудь еще, кто мог бы придумать, как вытащить молодого человека обратно.

Среди присутствующих началась небольшая паника. Особо впечатлительные женщины предпочли держаться на расстоянии. Миссис Филлип, мать Ребекки, с осуждением наблюдала за суматохой возле могилы Лиама, едва сдерживаясь от критических замечаний, поглядывая за тем, чтобы ее дочь не вздумала последовать за своим женихом. Бекки стояла с другими девушками, которые подбадривали Рут, и убеждала себя в том, что они с Эдвардом смогут преодолеть любые трудности, даже такие кошмарные, как эти. Но мысленно она не присутствовала на похоронах. Девушка снова и снова возвращалась в тот теперь уже так ненавидимый ею день, когда она решила выяснить отношения с Моррисом.

Несколько мужчин, соседи Паркера и самого Эда, подбежав к ним, стали предлагать свою помощь, но проблема была в том, что Эдвард подниматься не собирался.

Прошло всего несколько секунд, и мистеру Сиэлу поплохело самому: молодой человек собирался открыть гроб во что бы то ни стало. Паркеру даже показалось, что он слышит, как ногти его брата скребут по полированному дереву. Не зная, что делать, он спрыгнул вниз, еле поместившись рядом с братом, и одним резким движением отодвинул Эда от гроба.

— Прочь! Оставь меня! – взвыл Эдвард почти нечеловеческим голосом.

— Паркер! – раздался сверху голос доктора Фоула, высокого худощавого мужчины с седыми усами, и мистер Сиэл вздохнул. – Возьмите! – Он протянул мужчине шприц с успокоительным лекарством. – Через пару минут он будет более покладистым!

— Оставь меня здесь! – разрыдался молодой человек что есть силы, отбиваясь от брата.

— Успокойся, пожалуйста! – Паркер после небольших силовых приемов все-таки изловчился сделать инъекцию в шею молодому человеку.

— Вот и все! – подбодрил его доктор. – Что ж, мой дорогой, – обратился он к Эду, – давайте-ка мне свою руку, мы вас вытащим отсюда и поедем дальше жить эту жизнь!

— Да, Эдвард. Прекращай! Что бы Лиам сказал, увидев тебя в таком состоянии? – Говард, встав коленями на сырую землю, тоже участливо потянулся к другу, хватая его за холодные ладони.