Онлайн книга «Норка для Норы»
|
— Дмитрий Петрович Самойлов сорока лет от роду, при жизни имел любовницу Свешникову Элеонору. Женщине сорок шесть лет от роду и скончалась она около месяца тому назад в городе Афины. Все повернули к нему головы. Повисла недолгая пауза. — Вот тебе раз! Похоже, что эти дела связаны! – Иса заглянул в глаза Шапошникову. – Таких совпадений просто не может быть! А полицейский продолжал, обращаясь уже к лысому эксперту: — У тебя в морге тело этой женщины, и пока родственники его не забрали на захоронение, осмотри здесь всё на предмет её присутствия в квартире. Если давно не убирали, то могут сохраниться отпечатки пальцев, волосы, любая мелочь может пригодиться. Когда она ушла от мужа, то могла переехать жить к любовнику. * * * Срфья хотела проводить с ним гораздо больше времени, а не те пару часов в неделю, которые удавалось выкроить для интимных встреч. Когда он собирался уходить, женщина цеплялась за одежду, выпрашивая каждую минуту. И при каждом телефонном разговоре, она молила о новой встрече. Это была не любовь, а какая-то мучительная наркотическая зависимость. Он прекрасно это знал. Чтобы любовница не перестала быть ручной и не сняла с себя поводок, два раза в неделю мужчина вырывал из плотного графика время для любовных встреч. Ни о какой любви, по большому счёту, не шло и речи, только желание заниматься сексом и ему даже нравилось, что женщина так преданно и раболепно волочится за ним. А Софья так долго жила одна и почти потеряла веру в свою женскую привлекательность, что когда он обратил на неё внимание и затащил в койку, она всю свою накопленную нежность и желание вывалила на него. Сначала их связывал секс, а вскоре он понял, что может использовать Софью в решении своих деловых задач. И вот сейчас женщина потягивалась на ещё влажных простынях и размышляла о том, во что же она ввязалась. В какие-то минуты становилось страшно, хотелось зарыться, спрятаться и не думать ни о чём. Она понимала, что полиция очень скоро доберётся и до них с Василием. Мысленно Софочка готовилась к сложному разговору, лишь бы этот идиот скотник не сболтнул лишнего, иначе разговор плавно превратится в допрос. И в то же время Софья понимала, что ничего не появляется просто так. В этой жизни надо барахтаться, чтобы всплыть наверх, не важно, какими путями и какой ценой. Она никому не позволит стоять на своём пути. Женщина со злостью вспоминала, как Свешников устроил ей разнос в присутствии этой старой клячи. Ну, она ей ещё устроит, только не стоит торопиться, надо спокойно оценить влияние деревенщины на хозяина дома. Как-то Софья заметила, что женщина поменялась в лице после одного телефонного разговора. Потом подслушала, как Изольда почти кричала в трубку: — Что вам нужно?! Оставьте меня в покое! И не звоните сюда больше! «Странно, – подумала тогда Софья. – Кому могла понадобиться эта старая калоша? У неё нет ни денег, ни богатых родственников. Надо избавиться от неё. Лишние глаза в доме мне не нужны». Прежде надо присмотреться к кухарке Изольде. По всему видно, что последнее время домработница нервничает, роняет посуду, пересаливает суп, не слышит, о чём её спрашивают. А когда звонит телефон, то она вздрагивает от неожиданности, её руки дрожат и часто домработница просит Василия ответить. Хотя в последние дни на нервах все! Телефон в доме разрывается, всех интересуют подробности смерти Элеоноры, знакомые, друзья, партнёры Свешникова выражают соболезнования и спрашивают, когда произойдёт прощание и захоронение. На телефоне сидела Софья и всем озвучивала заготовленный текст, мол, прощание пройдёт в зале траурных торжеств по такому то адресу и в такое то время. По завещанию покойной, тело будет кремировано. А поминальный обед состоится в ресторане «Гавана» на втором этаже. Софья находилась в доме Свешникова около четырёх месяцев и даже не подозревала, что у этой семьи столько друзей и знакомых. Телефон не смолкал, звонили из газет и телевидения. Многих интересовали подробности и причины смерти. Свешников строго настрого наказал всем домашним, чтобы ни одна пылинка не вылетела изо рта с подробностями о смерти жены. В этой суете мысли об Изольде отошли на второй план, но только на время. Похороны прошли тихо. Людей пришло много, скорбящие оставляли венки, цветы и удалялись. Гроб не открывали, и пощекотать нервы жутким зрелищем не особенно удавалось. Народ кучковался на улице и делился скудной информацией о скоропостижной смерти меховой королевы. Буквально за несколько минут до окончания церемонии в гулкий зал вошёл сын покойной. Высокий, красивый юноша прибыл из Англии только что. Он подошёл к отцу, они перекинулись несколькими словами и снова замолкли, склонив голову. Никто не рыдал, не причитал, а как иначе, в благопристойной семье негоже на людях оголять эмоции. И лишь где-то в углу тихо всхлипывала преданная домработница Изольда. Софья следила за всем происходящим, чтобы потом рассказать хозяину. Она заметила, что домработница направилась к выходу, и это ей показалось странным. |