Книга Зелье забвения, страница 105 – Татьяна Нильсен

— О, да, конечно! Господин адвокат, ты прав, что направляешь меня. Что-то ещё?

— Ещё надо перевезти прах твоего отца из Турции на родину и похоронить на Кипре по православному обычаю. Я не говорю о почестях, оркестре, дорогом надгробии, но он христианин и должен с миром покоиться на родной земле.

— Уважаемый Иса, я стал богатым несколько часов тому назад и поэтому хочу стать твоим клиентом, чтобы ты представлял здесь, на Кипре мои интересы. Я же оплачу все расходы, включая пенсию для прислуги, захоронение Дракопоулоса и твою работу.

Алексис провожал турка на родину. Они пили в буфете горячий шоколад, перебрасываясь ничего не значащими репликами, типа того – приезжайте в гости и будем дружить семьями. Вдруг Ерин спросил:

— А если ты не найдёшь Зою Дракопоулос?

— Не найду, переживать не стану. Выйду на пенсию и буду жить дальше. Моя совесть спокойна. Я сделал всё, что мог. И не буду гоняться за ней по всему свету в поисках, как Шерлок Холмс за профессором Мориарти. Её судьба накажет, я верю во всеобщюю, божественную справедливость.

— Может ты и прав. Сейчас у неё нет средств к существованию, когда-нибудь закончатся деньги от продажи украденных драгоценностей. Будет всю жизнь скрываться и жить, как мышь в страхе от каждого шороха.

— Это так, – Алексис согласился с коллегой. – Её задержание это дело времени. Если она сейчас в Европе и решит вылететь самолётом, уплыть пароходом, отправится поездом или на автомобиле, то её арестуют на первом паспортном контроле. Только эта дамочка очень умная и красивая, может охмурить какого-нибудь доброго доверчивого парня и, выйдя за него замуж, сменить фамилию.

— С этими русскими всегда так. Ты знаешь, моя жена русская. Я никогда не знаю, чего от неё ждать, но я так счаслив! В ней столько жизни, столько силы и энергии. Она, как фонтан, который питает всё, что находится вокруг.

Россия

Павел летел из Владивостока в Москву. Его деятельность простиралась по всей стране. Почти все друзья посчитали его странным бизнесменом, потому что многие вывозили капиталы из страны в офшорные зоны, барствовали на Бермудах или на Багамах, спускали миллионы на любовниц в Австрийских Альпах или в Парижах. А он из офшорной зоны острова Кипр перевёл все средства в Россию и вложил в автомобильное производство. Сейчас он летал только бизнес-классом, не потому что куражился, а потому, что старался использовать многочасовые перелёты, чтобы выспаться. А в тесноте эконом класса, при его высоком росте, он не мог вытянуть ноги – колени всё время упирались в предыдущее сидение. В салоне же бизнес класса, Павел располагался комфортно, снимал обувь, затыкал уши специальными тампонами, одевал на глаза очки из мягкой ткани, чтобы не мешал свет. В таких долгих перелётах просил стюардессу, чтобы та не беспокоила его, предлагая напитки и обед, максимально опускал спинку сиденья и быстро засыпал. Ему часто снилось тёплое, лазурное море, пальмы. Элегантные яхты, распустив белые паруса, легко скользили по волнам, и он такой красивый в белоснежных шортах, с загорелым бронзовым мускулистым телом, ловко крутит никелированный штурвал судна. Ему снились все признаки богатой, богемной жизни. А когда просыпался, то если находил время, размышлял над тем, зачем загнал себя в суровые будни бизнеса. Мог бы просто беспечно наслаждаться жизнью где-нибудь в тёплой стране, где нужны только шорты и две рубашки, на ужин кусок отбивного, жаренного на гриле мяса, два банана, бокал вина и горячая, страстная мулатка. Почему-то в его мечтах рисовалась обязательно мулатка, которая была бы не обременена образованием, говорила только на своём тарабарском языке, не требовала драгоценностей и шиншилловых манто, а довольствовалась бусиками с местного рукодельного базара и чётко знала, как доставить мужчине наслаждение. Самое странное заключалось в том, что когда он вкалывал в автомастерской, то мечтал жениться, купить дачу и матери норковую шубу. Вот только когда появились деньги и не деньги, а капиталы его мечты изменились. Дача превратилась в виллу на побережье тёплого моря. Женитьба в примитивное сожительствование с тупой и необразованной островитянкой, а в шубах и вообще нужда отпала. Но самое печальное состояло в том, что и прошлые и настоящие его желания остались только в мечтах. Он так и не женился на красавице умнице Марине, наверное, просто из-за вредности и по той же причине не купил дачу. С Мариной они не сошлись во взглядах на проведение свадебного торжества. Она хотела пышность, богатство, помпезность, даже если для этого нужно было продать последние трусы, а он хотел компанию из шести человек-родители, они – жених с невестой и уютный ресторан. Их нежелание понять друг друга и пойти на уступки, было столь непреодолимо, что свадьбу решили оставить до лучших времён. Такая же история произошла и с покупкой дачи. Тот банк, где Павел хотел взять деньги, в кредите ему отказал по причине того, что сумму он просил большую, которая не соответствовала зарплате автомеханика. Но предложили взять сумму меньше, чем ту, которую он запрашивал. И опять проявился упёртый характер.