Онлайн книга «Зелье забвения»
|
Паша таскался по кинотеатрам, смотрел старые фильмы Бунюэля, Феллини, Тарковского, безумно скучал, хотелось спать, но он боролся с собой, тряс головой и тёр глаза. Он был совершенно равнодушен к живописи, и искренне не мог понять различия между импрессионизмом и авангардизмом. Но Марина фонтанировала всё новыми и новыми идеями, приглашая на выставки, просмотры, вернисажи, на всякую всячину, чтоб только завладеть его вниманием и отвлечь от любых мыслей, которые не про неё. Постепенно Паша начал оттаивать, стал более внимательным к ней, даже несколько раз приходил на свидания с цветами. И он бы похоронил в своей памяти это щемящее чувство неразделённой любви, если бы дурманящая волна снова не накрыла его. Деревья с тихим шелестом теряли последнюю, жёлтую и красную одежду. Пора наступала грустная и задумчивая, во всяком случае, Пашка всегда так воспринимал это время. Через несколько дней у матери наступал день рождения, и он хотел сделать ей подарок. Паша знал, что ей легко доставить радость, но хотел удивить, хотя пока не знал, каким образом это сделать. Парень не придумал ничего лучше, чем отправиться в центр, тем более что он давно туда не наведывался. Хотелось немного побыть одному, погулять по Красной площади, а заодно и подарок выбрать в ГУМе. Пашке нравилась та атмосфера праздника, которая всегда царила в огромном универмаге. Он помнил, как они с матерью устраивали вылазки в этот магазин. Даже если деньги не шуршали в кармане, и они не собирались ничего покупать, то просто гуляли по этажам, облизывали мороженое или ели сладкую вату. Мать подолгу рассматривала витрины с красивыми платьями, с ювелирными украшениями, дорогой парфюмерией. Время было смутное, перестроечное, за стеклом на изящных манекенах красовались дорогие наряды и на ценниках, как горох рассыпались нули. Пашке это казалось кукольным, не настоящим, театральным. Всё это богатство существовало только за стеклом, а в их жизни имелись простые макароны, туфли с вещевого рынка в Лужниках и самое шикарное это акриловые, яркие свитера из болгарского магазина «София». При материнской зарплате преподавателя ВУЗа им хватало только на такую жизнь. Потом они садились на скамейке возле фонтана, болтали о ерунде, сын рассказывал про свои новости в школе, жаловался и хвалил друзей, которые не давали списывать или с которыми он дружил. С такими воспоминаниями Павел с удовольствием менял этажи и линии, рассматривал кожгалантерею из Марокко, кашемировые палантины из Турции и стразы Сваровски. Он остановился вдруг, переминался тупо несколько секунд и не мог поверить, что это явь. Невозможным казалось то, что он видел за стеклом витрины, как будто смотрел в огромный экран телевизора и всё происходящее это только фантазия, фильм, выдумка. Несколько девушек суетились вокруг высокой, элегантной дамы. Они с услужливым видом меняли вешалки с нарядами, приносили кофе и что-то щебетали вокруг. Дама медленно повернула голову, и Пашка понял, что не ошибся – это была Зоя! Она заметила его и, кажется, тоже удивилась, вскинула брови и махнула рукой, приглашая присоединиться к этой нарядной карусели из платьев, блузок, шарфов, юбок. Но он только заглянул в открытую дверь и, махнув в сторону ресторана, сказал, что будет ждать её там. Она вскоре присоединилась с кучей пакетов, коробок, вся невероятно ароматная, стильная и очень дорогая, начиная от причёски и заканчивая бордовыми туфлями на высоченных каблуках. Несколько секунд восседали напротив, рассматривая друг друга и вдруг рассмеялись. Пашка покачал головой и пожал плечами. |