Книга Зелье забвения, страница 80 – Татьяна Нильсен

Он – мусульманин не навязывает ей – православной свои взгляды. И если турецкие женщины в большинстве своём не употребляли алкоголь, то ей это было до фени. По праздникам, иногда вечерами Наташа любила выпить бокал другой красного вина. Эрин не противился, но если они находились в кафе или ресторане старался быстрее увести развесёлую жену домой. Но иногда случались серъёзные стычки. Муж оказался категоричным противником бикини. Наташа с точёной фигурой и бархатной кожей не желала прятать формы за балахонами. Мужчины на пляже глазами снимали с неё эти маленькие ленточки одежды, и от этого Эрин приходил просто в ярость. В такие моменты жена понимала, что в некоторых вопросах мужу лучше уступить. На толкучке, даже не примеряя, приобрела купальник пёстрый в рюшках, абсолютно дурацкий, но закрытый. Невольно Наташа сравнивала русских и турков и делала выводы не в пользу последних. Южане казались скушными и занудными.

Однажды она повезла туристическую группу в Стамбул. Они остановились на автостанции какого-то города глубокой ночью для того чтобы перекусить и размять ноги. Несмотря на позднее время, на перронах стояло несколько десятков автобусов, множество людей заполняло площадь вокзала, и раздавался невероятный шум. Кто-то обмолвился, что люди приехали из близлежащих городов, спустились с горных аулов, проводить юношей в турецкую армию. По закону парни должны служить около года, но провожали их, словно в рекрутскую армию лет на двадцать пять. Атмосфера стояла какая-то электрическая, но Наташа не нашла ни одного пьяного человека. Оглушительно били барабаны. Тысячи разновозрастных мужчин перемещались в пространстве – кто-то провожал, кто-то уезжал, кто-то раскрылатив руки двигался в танце по кругу. Присутствие женщин на таких мероприятиях было не желательно, даже на похоронах они шли сзади мужчин, молча, без рыданий, слёз и причитаний, вроде тех – «да на кого ж ты нас покинул!» Лучше слабому полу вообще, как можно реже выходить за забор, стряпать лепёшки, убирать дом и следить за детьми. Этот народ глубоко чтил свои традиции, верил в Ислам непоколебимо и твёрдо. Наташа усмехнулась, вспомнив, как бегала на проводы своих друзей и одноклассников. Собирались с вечера друзья, подруги и родственники. Молодёжь всю ночь напролёт в доме новобранца много ела, пила, пела песни под гитару, взрослые разворачивали гармонь, плясали и горлопанили:

— «Как родная меня мать провожала,

тут и вся моя родня набежала».

А рано утром, самые выдержанные и трезвые ехали в городской военкомат, где этих, ещё юных мальчишек, рассаживали в автобусы, поезда и развозили к месту службы. Страна громадная и география мест прохождения армейской жизни была непредсказуема. Мамки рыдали в голос, невесты жались к лысым мальчишкам, отцы разливали водку всем желающим и давали последние наставления.

«Где же наш Бог? По каким ухабистым дорогам мы растеряли свою веру? – размышляла Наташа. – Но то, что русские не боятся ни бога, ни чёрта утверждение не совсем правильное. Русские и действительно ничего не бояться только потому, что в душе у каждого есть своя святыня – дом, родители, любовь, рассвет над рекой, ребёнок, который сказал первое слово. У наших людей невероятно мощная вера в Отечество. А это слово из одной молитвы – «Отечество и Отец наш небесный».