Книга Зелье забвения, страница 89 – Татьяна Нильсен

— Теперь это мои дела. Сидите и не высовывайте носа, пока вас окончательно не прибили. И при любой подозрительной вещи или личности, звони мне!

Сам понятия не имел, какие шаги он предпримет дальше. Нет тела – нет дела. Он может, конечно, вызвать дочь Докукиса для того, чтобы сделать экспертизу, и может она опознает на фотографиях своего отца. Не выкапывать же его по-новой! Конечно, можно и выкопать, но только на каком основании?!

Алексис попрощался, сел в машину и отправился домой. Стрелки часов на руке показывали половину пятого вечера, и возвращаться в участок не имело смысла. Он не торопясь катил по побережью и размышлял:

«Но зачем и кто за этим стоит? Надо искать кому выгодно. Вдова получила наследство, её можно вычеркнуть. Больше претендентов на делёжку денег не обнаружилось. Тот москвич попытался урвать хоть что-то, но ему быстро указали на дверь, – Алексис хлопнул себя по коленке и резко нажал на тормоза. – Вот я старый дурак, ещё называю себя матёрым полицейским, совсем нюх потерял! Вот где надо искать – если вместо Дракопоулоса похоронен Докукис, тогда правдивость генетической экспертизы равна нулю. А значит для этого Пушкова не всё потеряно. Да только где взять настоящего Дракопоулоса? Да и вдову при таком раскладе сбрасывать со счетов рано, именно она самое заинтересованное лицо. Кому охота лишаться половины наследства. Хотя, даже половина это огромные деньги. Но, как говориться, много денег не бывает».

В кармане, голосом горячо любимого Демиса Руссоса, запела трубка мобильного. Звонил коллега из полиции.

— Алексис привет. Я нашёл банк, в котором Закаридис держал ячейку. Банк работает до семи. Сейчас без двадцати пять. До конца рабочего дня, осталось несколько минут, если взять у прокурора санкцию на изъятие, мы сможем уже сегодня туда попасть. Но если ты занят, сделаем это завтра.

Алексис вскользь подумал, что его часы врут, надо отнести часовщику и тут же выпалил:

— Говори, что за банк, я буду ждать тебя там.

— Прекрасно! Я бегу за ордером, – коллега уже хотел отключиться, но вспомнил. – Чуть не забыл, это Национальный банк Греции.

Полицейский развернул автомобиль и поехал в центр города, где находилось здание банка. После необходимых формальностей, служащий провёл полицейских на нижний этаж, где находилось хранилище с большим количеством серебристых ящиков. Они сверили ключи и вскрыли сейф. Что Алексис хотел обнаружить он и сам не знал, но надеялся, что в сейфе храниться что-то указывающее на причину убийства. Только находки озадачили ещё больше, в ячейке ничего интересного коллеги не обнаружили, только внушительная пачка денег, купюрами по сто евро и мужские часы. Алексис пропустил сквозь пальцы пачку и мысленно прикинул, что для шантажиста сумма приличная, примеро тысяч пятьдесят. Он повертел часы в руках и ничего интересного не обнаружил: часы из жёлтого металла, похожего на золото. Никаких расписок, квитанций, акций, облигаций, ничего. Алексис отпустил напарника, а сам отправился в участок, чтобы сдать улики на хранение. Он посмотрел на свои часы, снова вспомнил, что их надо показать часовщику. Мысли плавно перетекли в Австралию, там уже глубокий вечер, звонить дочери Докукиса, лучше утром. Полицейский катил на автомобиле по вечернему городу, через открытое окно залетали ароматы жареных на гриле кальмаров, кофе, ванили и цветущих петуний, толпы туристов неспешно прогуливались по набережной, из баров доносилась музыка, шум и хохот компаний. Он решил остановиться возле какой-нибудь кондитерской, чтобы купить для жены набор шоколадных конфет. Мужчине нравилось радовать жуну мелкими сюрпризами. Алексис увидел подходящую лавку с красиво оформленной витриной, завернул в проулок, но улица оказалась забита автомобилями. Он мыкался несколько минут, стараясь пристроиться, но парковочное место оказалось найти не так-то просто. Он кружил по проулкам, начал уже терять терпение и наконец-то втиснулся между двумя автомобилями. Когда кое-как выбрался из дверей, в глаза бросилась вывеска «Часовое ателье». Как-то само собой улетели мысли о шоколаде, и полицейский напрямую отправился в мастерскую. Пожилой мужчина с взлохмаченной, седой шевелюрой, глянул на него заинтересованно, сверкнув специальными, часовыми очками на одном глазу и напомнил Алекисиу Терминатора, когда у того разворотило лицо и только один лупатый глаз зверски смотрел на мир. Часовщик недолго копался с часами клиента, что –то подкручивал, подвинчивал, а потом протянул владельцу со словами: