Книга Потерянная страна Лагом. Книга вторая, страница 65 – Татьяна Нильсен

— Маша что-то рассказывала, но я особенно не вникал. Началось всё в нашей, то есть в вашей квартире, а именно здесь. Помню, мы дико ругались, дело было поздним вечером. Вот тогда и появился следователь из следственного комитета с какой-то смешной фамилией. Как же… забыл, – Пётр нахмурил брови и щёлкнул пальцами. – Трещёткин! Вот он что-то говорил про труп в парке, про записанный на бумажке номер телефона, который нашёлся в кармане покойного. Вроде бы номер принадлежал Маше. Потом всё закружилось, тут в Армию, следом ранение, госпиталь. Одно я понял, что у Маши появились родственники в Швеции. Так каким боком эта стажёрка?

— Сам толком не знаю, но вроде бы Мария обратилась к этой девице с просьбой о помощи. Чтобы та по своим каналам выяснила нюансы дела. Девушка действительно оказалась прыткой и уже встречалась с адвокатом Войцеховским.

— И что мне со всем этим делать?

— Не тупи сын! Позвони ей сам, поговори, расскажи, что произошло на самом деле!

— У меня мозоли на языке от этой пустой болтовни! Всё что мог сообщить, я в письменной и устной форме изложил следователю, а тот соответственно поделился с адвокатом Войцеховским. Так что добавить нечего!

— Ну, дело твоё. Я хоть что-то предлагаю! Но учти, что сейчас не то время, чтобы полагаться на отмазку или взятку. И договариваться со следователем или с судьёй я не буду, даже если через третьи руки. В данный момент все как под лупой. За коррупцию пачками сажают!

— Даже в мыслях не держал! – Пётр устало потёр виски. – Ты знаешь, я так утомился за последнее время, что смирюсь с любым развитием событий! Не думаю, что в тюрьме страшнее, чем на передовой. Только одно переживание – только бы Машка родила здорового ребёнка. Ей столько всего досталось!

— За жену не тревожься. Бабы как кошки живучие. А мы с матерью окажем ей всяческую поддержку. И всё же я думаю, рано сушить сухари. В один момент следствие может перевернуть ситуацию с ног на голову.

Пётр спал тревожным сном. И снился ему старый зек с золотыми зубами, корявой мордой и с наколками на каждой руке. В СИЗО уже пришла справка о вступлении приговора в силу и он ожидал того дня, когда сотрудники ФСИН придут и отправят покоцанного волчару по этапу вместе с другими осужденными к месту отбывания наказания. В СИЗО ему было всё знакомо, он так же имел чёткое представление и знание о том, что происходит на зоне. Такой информацией он без сожаления делился с сокамерниками. Зек размахивал синими руками и разбрасывал вокруг себя искорки с пеплом, которые летели кометами из папироски. Беломорину он кичливо зажимал большим и указательным пальцами. Никто не знал, откуда арестант получает грев, в виде дефицитных на сегодняшний день папирос «Беломорканал», да собственно никто и не спрашивал. Он как матёрый лектор вещал надтреснутым голосом:

— На зоне главное не распускайте сопли! В столовке есть отдельный угол с несколькими столами. Это петушиные столы. Обычные мужики, козлы, блатные могут вступать в контакт с петухами только в одностороннем порядке. Ему можно что-то дать, а вот брать не моги! Здороваться за руку с ними нельзя и бить только ногами или палками. Если кто-то возьмёт из рук опущенного алкашку, сигареты или наркоту, то его тоже могут загнать под шконку. А уже про жратву, чай, одежду или обувь речи нет!