Книга Потерянная страна Лагом. Книга вторая, страница 80 – Татьяна Нильсен

— У них только одна дочь Катя была?

— Ещё одна девочка Людочка. Тогда ей было года три или четыре. Сейчас должно быть лет девять.

— Они уехали?

— После похорон соседи постепенно отошли. Но видно такие раны не затягиваются никогда! Отец Павел Петрович вскоре продал свой бизнес, потому что занемог совсем и на управление сил не находилось. Валя его возила по врачам, даже в Москву на обследование определяла. И всё же примерно через год после смерти дочки, похоронили и отца.

— Я знаю, что Валентина Николаевна работала в больнице, а какой бизнес имел сам Востриков?

— На окраине открыл фабрику по обработке деревянных изделий. Что-то вроде этого. Врать не стану. А Валечка занимала должность медсестры в местной клинике. Семья совершенно положительная во всех отношениях! Жили они тихо, трудились, воспитывали детей. Достаток в доме водился, но богатством родители Кати не кичились. Их дочки среди сверстниц не выделялись.

— Вы знаете, куда они переехали?

— Нет. Как-то быстро всё произошло, появились агенты по продажам, несколько раз приводили покупателей. Вскоре в квартиру заселилась молодая пара. А Валентину с Людочкой я больше не видела. Это и понятно здесь каждый куст о дочери напоминал. Могли перебраться к двоюродной сестре в Москву, но адреса я не знаю, – Мария Петровна замолчала и неожиданно спохватилась. – Только одно странно, мне кажется, что я видела Спесивцева! Я стояла в очереди на кассу в супермаркете и тут лезет мужик в камуфляже наглый такой. И таким он мне показался знакомым! Вышла я на улицу и вдруг как током ударило!

— Когда это было?

— Месяца два тому назад. Но этого не может быть! Убийца сидит на зоне и по моим подсчётам там ему находиться ещё лет тринадцать!

— Вы не ошиблись. Вы видели Спесивцева. Он завербовался на СВО, получил ранение, подал прошение о помиловании и был оправдан.

— Боже мой! – женщина прижала руки к груди. – Вот времена настали! Ходи и оглядывайся! Страшно-то как! Теперь дочь на работу стану провожать и встречать вечерами!

— Не волнуйтесь. Спесивцева уже нет на этом свете. Убили его.

Женщина с облегчением вздохнула и опустила плечи, словно с них скатилась тяжёлая гора.

— Вы уж извините, что ничем не смогла помочь. Может что-то забыла.

— У вас случайно нет фотографии Востриковых?

— Нет. Как-то не пришлось вместе фотографироваться. Жаль, что не смогла быть полезной.

— Вы очень даже помогли. Отсутствие результата тоже результат! – Светлана поднялась. – Спасибо за чай. А вы не подскажете, далеко отсюда заводское общежитие?

— Завода нет уже несколько лет. Общага ещё стоит, вроде принадлежит сейчас муниципалитету, только у них на что-то доброе денег нет, а до общежития вообще руки не дотягиваются. Вы туда одна не ходите! Остались одни маргиналы, алкаши, девицы лёгкого поведения и старики, которым некуда податься. Вот доживают свой век в ожидании, когда на погост снесут.

— Скажите, а где Катерину похоронили?

— Так на городском кладбище. После входа третья линия направо. И отец её рядом лежит.

— Всего доброго, – Светлана вышла.

На вид общежитие оказалось действительно в запущенном состоянии. На фасаде пятиэтажного здания кое-где слезла штукатурка, облупилась краска, и окна первого этажа кое-где закрывали фанерные ставни.

— Однако вместе пойдём, – шофёр заглушил мотор. – Не известно на кого нарвёшься. У тебя, поди, и оружия нет?