Книга Кладбищенский цветок, страница 115 – Татьяна Нильсен

Конвоир ввёл в кабинет задержанного. Продюсер выглядел спокойно, но только в глубине зрачков плескалась паника.

— Присаживайтесь, – Богдан указал на стул, поправил листок, поставил локти на стол и подпёр ладонями подбородок, ожидая, когда мужчина устроится напротив. Зиновьев уже имел беседу с Басаргиным, но весьма поверхностную, особо не напирал и не давил. Сейчас настало время поговорить жёстче. – Александр Алексеевич, мой вам совет, расскажите чистосердечно о тех преступлениях, которые вы совершили, облегчите. Так сказать свою совесть.

— Что вы имеете в виду? Кражу полотенца из турецкого отеля три года тому назад или дебош в ресторане на Красной Пресне? Каюсь, разбитая посуда и витрина моих рук дело! Могу возместить ущерб задним числом.

— Понимаю, душевного разговора не получится, значит, начнём сначала, – Зиновьев открыл папку и положил фотографию перед продюсером. – Маргарита Александрова двадцать восемь лет, найдена мёртвой третьего февраля. Вот это Загайнова Елена Владимировна двадцать пять лет, найдена двенадцатого марта. Виолетта Богословская ваша хорошая знакомая. Анна Злобинская двадцать пять лет, найдена четыре дня назад.

— Зачем вы мне это показываете уже который раз? Чего вы добиваетесь? Хотите, чтобы я признался в том, чего не совершал?

— Отрицать знакомство с Виолеттой Семёновной Богословской вы не намерены?

— Я и раньше не отказывался! Да, мы были знакомы, девица просто вешалась мне на шею, в одностороннем порядке решила, что я должен на ней жениться, но я ей пояснял терпеливо – она не в моём вкусе. Летта глупая мотовка, в семейной жизни такие дамы бесполезны, – Басаргин вытер пальцем пот со лба. – Извините, была. Она же ничего не умела, ни деньги зарабатывать, ни тратить, ни считать, даже суп сварить не могла не пересолив.

— Вы хорошо знали её семью?

— Знаком довольно давно, с тех пор, когда родители ещё были живы. Я был студентом профессора Богословского и был вхож в их дом. Он работал в Литературном институте. Выпустил множество трудов и монографий по древнерусской литературе. Человек высокообразованный, интеллигентный. Женился на собственной студентке, которая без его помощи защитила докторскую диссертацию по другой теме, вроде германо-скандинавской мифологии. Жили скромно, трудились не покладая рук, всё время отдавали науке и институту, а дети росли с няньками, мамками. Родители научили прямо сидеть за столом, правильно пользоваться приборами, наказывали за плохие слова и даже сумели дать образование старшему сыну Эдику. Сил на Виолетту не хватило, та училась в школе кое-как, институтский диплом можно было купить, да только работать девушка не хотела от слова вообще, поэтому в покупке документа о высшем образовании смысла не имелось. Свою занятость они компенсировали машинами, подарками, а не душевным теплом. По факту получились у интеллигентных, прекрасных родителей такие неказистые дети.

— Такое же мнение у вас и об Эдуарде? – Богдан прищурился, словно пряча усмешку, однако глаза выражали полную серьёзность.

— А что в нём выдающегося? Вот меня родители не пристраивали в нефтяной холдинг, а то бы тоже на частном самолёте летал на Багамские острова. Что вы думаете, абрамовичи, миллеры, сечины, ротенберги возглавили русский список «Форбс» благодаря своему трудолюбию и таланту?