Книга Кладбищенский цветок, страница 120 – Татьяна Нильсен

— Проснулся? – в комнату заглянул Юрий. – Вставай, я завтрак приготовил.

— А ты ничего, так бодренький! – гость подивился, глядя на собутыльника. – Выглядишь, как огурец, а меня что-то вчера разморило.

— А я тебе говорил, закусывай иранскими лимонами, никакая хворь не пристанет!

— У тебя есть аспирин? – Слава поднялся с дивана и потянулся следом за Юрием.

— Никаких аспиринов! Знаешь, как на востоке лечатся? – Поливанов не ждал ответа, он суетился возле стола, расставляя тарелки и продолжая рассказ. – У них есть свои народные средства. Иранцы считают, что болезни гнездятся в каждом организме в виде паразитов, бактерий и вирусов, и чтобы не дать распространиться их надо уничтожить на корню. Для профилактики раз в неделю утром натощак необходимо выпить раствор. Выжать сок одного лимона, добавить чайную ложку соды, хорошо перемешать, и хряпнуть эту пенную шипучку, через десять минут сделать глоток оливкового масла. Они даже рак так лечат, – Юрий протянул готовый напиток хворому товарищу.

Петровский в два глотка влил в себя жидкость и передёрнулся от кислоты. К своему удивлению ощутил, как пульсация в голове постепенно затихает. Мужчины позавтракали без разговоров и, приведя себя в порядок, вышли на улицу.

— Ты у кого в Москве остановился? – Поливанов пискнул сигнализацией, в ряду припаркованных автомобилей ожил и мелькнул фарами синий «Фольксваген». – Если есть проблемы, можешь жить здесь, всё равно квартира пустует, а я к жене поехал мириться.

— Хороший ты парень, доверчивый. Меня совсем не знаешь, а водкой напоил, спать уложил и квартиру предлагаешь.

— Наверное, от того, что много времени провожу на востоке. Там замки на двери навешивают чисто символически, а чаще вообще не закрывают. Они мусульмане, им Коран запрещает воровать.

— В православии воровство тоже грех, только засовы, замки на дверях и решётки на окнах.

— У запада и востока разное отношение к Богу. Мы воспитаны в страхе, боимся кары Всевышнего, а мусульмане общаются с ним, как с добрым, всемогущим другом.

— Поэтому не грешат?

— В Иране за кражу отрубают пальцы, а то и руки!

— Так бы и сказал, – Слава засмеялся. – Если бы в России ввели такое наказание, может чиновники перестали из казённого кармана брать, как из своего собственного.

Мужчины обменялись телефонами и тепло расстались.

Петровский открыл двери своими ключами, в холле его уже ждал Колотовкин, и радостно подпрыгивала собака.

— Наконец-то, а я уже начал волноваться. Что-нибудь узнал?

— Ничего особенного. Корреспондент сам не знает, куда мог подеваться Басаргин. Он очень удивился, что приятель купил квартиру, говорит, что денег на дорогое приобретение у него не имелось.

— Пошли, выпьем кофе, и отправляйся в Горячевск, там Басаргин. Задержали его по подозрению в серийных убийствах.

— Чувствовал я, что Чайковская попала в скверную компанию! Я приму душ и поехал!

— Давай, а я на всякий случай, обзвоню больницы, ну и морги.

После обеда Петровский стоял у дверей кабинета и, постучав костяшками пальцев, вошёл. Ивушкин сразу вспомнил незадачливого жениха, кивнул в ответ на приветствие и усмехнулся:

— Это вы! Так и не нашли невесту?

— Не нашёл, – Петровский нервно дёрнул плечами – всякий сопляк подшутить норовит. – Я по другому вопросу. Вы задержали Басаргина. Я могу с ним поговорить?