Книга Кладбищенский цветок, страница 126 – Татьяна Нильсен

Краснопёров мысленно матерился, он попал в час пик, автомобили прижимали с разных сторон, не давая воли, приходилось тащиться еле-еле в общем потоке. Раздражённые и усталые после рабочего дня водители, сигналили нерасторопным, и показывали неприличные жесты. Полицейский хвалил небо, что избавил от столь близкого соприкосновения с таким количеством народа. Это куда годно, в многоэтажном, много подъездном доме люди вынуждены лепиться друг к другу, в магазинах, пробках, клиниках то же самое и в то же время, сосед не знает соседа! Поднимаются вместе в лифте на один этаж и даже «Привет» не говорят! Павел тяжело вздохнул, хорошо, если будет толк от встречи с Востряковой, а то может так, время зря теряет.

Наконец узкое горлышко дороги закончилось, и вытолкнуло машину на дорожный простор. Полицейский снова вздохнул уже с облегчением и глянул на часы: он еле успевал на встречу с подругой Виолетты. Не хорошо заставлять девушку ждать. Павел оставил автомобиль на стоянке возле бара на оживлённой улице и быстрым шагом направился к уличным столикам. Он узнал девушку сразу, она, как и предупреждала, натянула на голову красный, связанный крючком, берет.

— Извините, попал в пробку, – Краснопёров протянул руку. – Павел, следователь Управления города Горячевска.

— Пробка не оправдание, – брови на чистом лице девушки, осуждающе стянулись к переносице, образуя две продольные складки.

Неожиданно в голову Павла пришла странная мысль:

«Вот если бы она напичкала лоб ботоксом, то не смогла бы изобразить гамму чувств».

— Ещё раз извините. Могу я вас угостить?

— Конечно! Иначе, зачем я назначила встречу в баре?

— Может, поужинаем где-нибудь?

В душе Краснопёров ждал отказ, в животе ещё переваривался жёсткий антрекот, и Елена не обманула ожиданий.

— Я на диете, после отпуска так тяжело входить в форму, сами понимаете. Работа в модельном агентстве обязывает, – Вострякова тонким пальчиком поманила официанта. – Принесите «Маргариту», – она вопросительно глянула на полицейского.

— Воду без газа, – Павел кивнул официанту, и снова уткнулся в складки на переносице. – Я за рулём.

— Вы хотели поговорить про Виолетту, я правильно понимаю?

— Правильно, – полицейский кивнул, – у нас очень мало информации о покойной. В закадычных подругах числились только вы?

— Получается так, – голос девушки дрогнул, и глаза налились слезами. – Я даже не смогла попрощаться, узнала о трагедии через день, сразу позвонила Эдуарду – брату Вилки, хотела узнать, когда похороны, но он жёстко меня отбрил.

— Каким образом?

— Начал кричать в трубку, что это я сбила сестру с панталыку! Таскала по сомнительным мероприятиям, где она и познакомилась с убийцей. Я ему не перечила, понимала, что Эдька убит горем, вот и несёт что попало. Обиделась на другое, он сказал, что похороны завтра, я попыталась отговорить, мол, не по-людски так скоро в землю закапывать, но Эдуард слушать меня не стал, бросил трубку.

— У вас есть соображения, кому могла понадобиться смерть девушки?

— Никому! Вилка ничего не имела, всем обеспечивал брат, дорогу никому не переходила. Она вообще была не конфликтная, легкомысленная это да, но лёгкая в дружбе.

— Что-то насторожило в последнее время в поведении или мелкий случай? Вспомните, это может быть незначительной мелочью.