Книга Жаба в дырке, страница 82 – Татьяна Нильсен

— Семья Мелика Шахназаряна переехала в Россию двенадцать лет тому назад. Они купили за копейки земельный участок с покосившимся сараем, планировали поставить дом, но городской водоканал отрезал участок от подачи воды. То ли за неуплату, то ли по другой причине. Шахназяны стройку заморозили, хотя на тот момент уже залили основательный фундамент. Схема всё та же, приобрели долю в строительстве и оформили на сына. К слову сказать, друзья, знакомые и коллеги характеризуют парня с очень хорошей стороны. Был перспективным спортсменом, но травма помешала карьере, зато стал отличным тренером, – Колышкин вздохнул. – Ключевое слово был.

— Пока ясность не появилась, – в глазах Степана мелькнула тоска. – Станислав, может, ты расскажешь, что-нибудь оптимистичное? На телевидение заезжал?

— А как же, – Беликов тряхнул рукой, привычным жестом выбрасывая на запястье часы. – Репортаж уже идёт по местному каналу. Дежурный примет звонки, утром узнаем, кто покойник, – полицейский замешкался, он решил умолчать, что интересовался купеческим особняком, а тем более, что наводил справки в администрации города. – Подруга Миниханова не пролила свет на трагедию. Виделась с ним за день до его гибели, не заметила, чтобы он был расстроен или напуган. Они состояли в довольно странных отношениях. Курилина любила краеведа и всеми силами поддерживала в его научной деятельности. Сложилось впечатление, что он пользовался знаниями, но когда бы защитил диссертацию, просто расстался ней.

— Очень похоже на правду, – подала голос от окна Зоя. Она продолжала стоять, опершись на подоконник, зажав под мышкой папку. – В квартире краеведа обнаружены следы различных женщин: волосы разного цвета, презервативы с биологическими материалами, которые принадлежат двум разным дамам. Миниханов был ходок.

— Как можно приличную девушку пригласить в такую клоаку, – Колышкин передёрнул плечами от воспоминаний о полуразрушенном бараке. – Там крысы табунами ходят. Для таких встреч мог бы снять квартиру.

— Не мог, – усмехнулся Беликов. – Игорь Миниханов был жадным. Он не участвовал в корпоративных вечеринках и не складывался на дни рождения коллег. Из экономии не посещал спортивные центры, а бегал по утрам, не имел личного авто, пользовался общественным транспортом, не приглашал девушек в кино и рестораны.

— Это точно! – Провоторова усмехнулась. – На следующий день после убийства, я ещё раз внимательно осмотрела квартиру. Похоже, женщины были не из аристократического круга, под мойкой я нашла бутылки из-под дешёвой водки, а в мусорном ведре окурки дешёвых сигарет с остатками помады из третьесортного магазина.

— Одна из девиц его и грохнула? – Колышкин поднял брови. – Чем не версия!

— Девушка, которая пьёт водку и курит дешёвые сигареты, может в порыве ударить бутылкой по голове, пырнуть ножом, но душить не станет, – Беликов задумался, в голове мелькнула важная мысль, но мелькнула так быстро, что он не успел её ухватить. Потом Станислав понял, насколько близко он находился к разгадке, в тот момент, когда беседовал с заведующей кафедрой Ириной Николаевной Татищевой. Полицейский тряхнул головой, возвращаясь к теме разговора. – На кафедре о Миниханове отзываются, как о человеке порядочном, умном, но замкнутом. С коллегами не дружил. Плотно занимался научной работой.