Книга Сорока и Чайник, страница 8 – Артём Скороходов

Гюнтер запрыгнул на спину первокурснику.

— Вперед, мой верный скакун! Никогда я еще на князьях в туалет не ездил!

Фёдор покачал головой и пошел в свою комнату. Завтра была проверочная работа по навигации. Аккуратно закрыл дверь. Усмехнулся, поглядев на Алексея, который уже лег спать. Зажег керосинку и достал учебник.

'Момент, когда определено место судна и произведён перенос счисления в обсервованную точку. Время и отсчёт лага пишутся возле обсервованной точки. Волнистая линия, перечёркивающая предыдущую линию курса (!), называется невязкой".

Фёдор потёр виски и попытался сосредоточиться. Потом поглядел на Алексея, размышляя, а не разбудить ли его. Передумал и снова погрузился в чтение. По коридору разносились крики веселящегося Гюнтера.

* * *

Сорока с интересом смотрел, как два автоматона ритмично лупили друг друга на ринге. Со всех сторон разносились крики зрителей. Гюнтер орал громче всех прямо рядом с ухом Фёдора.

— Лупи его, самовар! Я на тебя пятерку поставил! Давай, латунный!

Вот бы ему так, с некоторой завистью размышлял Сорока. Левой, правой, левой, правой. Никакой усталости. Только звон металлических корпусов, шипение пара и разлетающиеся во все стороны капли масла. Робот, покрашенный белой краской, лупил в одну точку, явно собираясь прогнуть корпус противника. Он был массивнее и явно сильнее. Его оппонент с красными полосами пытался уворачиваться, бил реже, но старался зарядить в окуляры или в сочленения манипуляторов. В отличие от большинства зрителей, симпатии Фёдора принадлежали именно полосатому.

Ударил гонг, и роботы остановились, развернулись и каждый отошел к своему углу. Красный прихрамывал. Тут же к бойцам кинулись механики. Они смазывали суставы, проверяли температуру, изменяли какие-то настройки. Белый робот молча следил за противником и не обращал внимания на суетящихся людей. Красный шутил, скалился и пускал дымные кольца.

— Здравствуйте, господа. Извините, что отвлекаю, — к курсантам подсел вычурно одетый господин с белым шелковым шарфом и в цилиндре вызывающе красного цвета. — Вы же Фёдор Сорока, не так ли? Я вас узнал. Видел в «Кунице».

— Допустим.

— Позвольте представиться. Леонард Дювалле. Управляющий этим прекрасным заведением, — мужчина обвел рукой в перчатке кричащую толпу и ринг.

— Приятно познакомиться, Гюнтер Кузнецов, — влез в разговор сосед Фёдора.

Леонард холодно улыбнулся.

— Как вам наши бои?

— Забавно, — после некоторой паузы сказал Фёдор. — Несколько необычно.

— Всё так, всё так. Но, как видите, публика в восторге.

По рингу прошла изящная автоматон-танцовщица с табличкой «Раунд 2».

— Фёдор, у меня вам предложение. А не хотите поучаствовать?

— В чём? — сразу не сообразил Сорока.

— В этом. Это может быть интересно. Чемпион-человек, против автоматона. Если продержитесь больше одного раунда, гонорар сможет вас приятно удивить. Хотя сначала надо будет пройти бойцов-людей. Но с этим, думаю, вы справитесь.

— Вы серьезно?

— Вполне. Я видел, как вы завалили огромного бородатого докера в «Кунице». У вас есть талант, молодой человек. А тут Лига. Сколько вы зарабатываете за то, что бьете портовых выскочек? Десять? Двадцать рублей за бой? Тут же совсем другие гонорары.

Курсант посмотрел на ринг, где белый робот зажал красного в угол и ритмично выбивал из того весь пар. В сторону зрителей летели какие-то мелкие детали, покрашенные красной краской.