Онлайн книга «Обмен»
|
Вместе с Роберто Маджи команда провела в кабинете Луки два часа, обсуждая стратегию, затем полетела в Женеву, где встретилась с представителями «Ланнак»: Омаром Челиком, генеральным директором и внуком основателя компании, Деннисом Туллосом, главным юристом и основным контактным лицом Митча, и сыном Омара, Адемом, выпускником Принстона и будущим владельцем компании. Они не были мусульманами и любили выпить, поэтому после коктейлей в баре отеля отправились в ресторан. Поздно вечером к ним присоединился Йенс Биттерман, швейцарский юрист, который входил в команду и вел дела с Судом по примирению и арбитражу. Омар был близок с Лукой более двадцати лет и беспокоился о друге. Он неоднократно встречался с Джованной, знал ее с детства. Лука с семьей не раз отдыхал в поместье Челиков на берегу Черного моря. Омара, конечно, возмущало, что ливийцы задолжали ему за мост четыреста миллионов долларов, и он намеревался их получить, но гораздо больше его волновало благополучие Джованны. Между тем Деннис Туллос сообщил Митчу, что для ее поисков компания обратилась к частной охранной службе в глубинах Ливии. Митч передал эту информацию Дариану Касачу из «Крюггал», и тот ничуть не удивился. «Примкнули к толпе», – прокомментировал он. * * * Слушание назначили на два часа дня в четверг, двадцать восьмого апреля. Утром Митч и его команда встретились в конференц-зале отеля с Челиками и Деннисом Туллосом. Они просматривали составленный Лукой график и искали способы существенно упростить процедуру предоставления суду документов, которых была целая гора. Потом обсуждали, как лучше внести изменения в иск, чтобы включить компенсацию за смерть сотрудников «Ланнак» – четырех охранников и Юссефа. Омар с самого начала взял управление на себя и наглядно показал, почему его считают жестким корпоративным управленцем, который не привык отступать. Он успешно воевал с ливийцами более двадцати лет, однако тяжбами с ними был сыт по горло. Больше никаких проектов! Омар сомневался, что похищение и казни – дело рук режима, поскольку тот всегда защищал иностранных рабочих, особенно тех, кого нанял «Ланнак». Каддафи явно утрачивал контроль над большей частью территории, и доверять ему не следовало. Разумеется, Омару хотелось расширить иск и включить все случаи гибели людей, чтобы возложить ответственность на ливийское правительство, но он согласился с Митчем, что для этого нужно больше времени. Валида наверняка найдут с перерезанным горлом. Предсказать судьбу Джованны не брался никто. На данный момент было слишком много неизвестных, чтобы выстраивать стратегии. Перекусив сэндвичами, они на такси доехали до Дворца правосудия и поднялись в огромный пустой зал суда на пятом этаже. Снаружи поджидали два репортера. Один, с фотоаппаратом на шее, был из лондонского таблоида, другой – из широкоформатной газеты. Они спросили Митча, есть ли у него время побеседовать. Он вежливо отказался и вошел в зал суда. В широком помещении с высоким потолком и огромными окнами было много света и достаточно мест для сотен зрителей, но внутри собрались только небольшие группы адвокатов, которые напряженно перешептывались, наблюдая друг за другом с разных концов зала. Скамья представляла собой внушительный предмет мебели длиной не менее восьмидесяти футов, сделанный из темного дерева, которое, вероятно, срубили лет двести назад. Она возвышалась на шесть футов, а за ней стояли двадцать темно-бордовых кожаных кресел. Во время заседания судьи смотрели на адвокатов и участников разбирательства сверху вниз – с позиции огромного опыта и власти. |