Книга Последний день года, страница 39 – Лена Обухова

— А толку? — отозвался Григорий. — Ну вот переписываемся мы с ним со вчерашнего дня — и что? Все равно не знаем, где он, что он и когда вернется…

— Я не могу остаться без связи, — возразил Морозов. — Мне могут звонить.

— Кто? — поинтересовался Григорий.

— Сын. С работы. Кто угодно!

— И что с того? — хмыкнул Павел, отдавая свой смартфон. — Все несрочное может подождать до завтра, а срочное — тоже может подождать, потому что мы все равно тут застряли, судя по тому, что трактор так и не прошел.

— Логично, — вздохнула Дарья, тоже кладя свой смартфон в корзинку.

— Ладно, не до Нового года, но хотя бы на пару часов, — предложил компромисс Марк, глядя на Морозова. — Это тебе подойдет?

— На пару часов — можно, — решил тот и, заблокировав экран, положил свой смартфон к остальным.

— Олег! Олег, проснись!

Кто-то тряс его за плечо, зовя по имени и пытаясь разбудить, но мозг, провалившийся в сон слишком глубоко, никак не мог понять, что происходит и что от него требуется. Морозов даже не сразу сообразил, где находится и какой сейчас день.

Лишь вынырнув из пучины дремоты, вспомнил, что они с Дарьей отправились встретить Новый год с ее друзьями в загородном доме одного из них. После долгой прогулки на холодном свежем воздухе, когда они жгли дрова, пили глинтвейн, играли в снежки, а потом жарили мясо, и сытного обеда, последовавшего за всем этим, его потянуло в сон. Марк, Григорий и Павел после небольшого отдыха засобирались в баню, а Морозов поднялся наверх, чтобы прилечь, поскольку в баню все равно не ходил.

Тогда-то он, по всей видимости, и уснул. Дарья точно была с ним в тот момент. Безмятежно лежала рядом и читала привезенную с собой книгу. Сейчас же от ее безмятежности не осталось и следа. Разлепив тяжелые веки, Морозов обнаружил над собой ее испуганное лицо. Остатки сонливости слетели в одну секунду: он никогда прежде не видел Дарью такой. Стало быть, случилось что-то действительно серьезное.

— В чем дело? — встревоженно спросил Морозов, приподнимаясь на локте и машинально глядя на наручные часы. Те показывали самое начало восьмого. Значит, спал он около часа.

— Марк, — выдохнула Дарья. Голос ее дрожал, а в глазах в свете маленьких ламп, стоявших на прикроватных тумбочках, блеснули слезы.

— Что с ним?

— Он мертв.

Ему сперва показалось, что он ослышался. Это слово было настолько не отсюда, что звучало чуждо, непонятно. Они же собрались здесь отметить Новый год! Как кто-нибудь может быть мертв?

— Что? Как?.. Где он? — вопросы сменяли один другой, пока мозг, все еще немного затуманенный дневным сном и алкоголем, пытался осознать услышанное. Морозов сел на кровати, недоверчиво глядя на Дарью.

Та уже выпрямилась в полный рост и прижала руки ко рту, словно пыталась таким образом удержать внутри крик, плач, причитания или ругань.

— Он в бане, — только и смогла выдавить она.

«Сердце, что ли?» — промелькнула в голове мысль, способная расставить все по своим местам.

Алкоголь, физические нагрузки, снова алкоголь, жирное мясо и жар бани могут быть опасным сочетанием для человека со слабым сердцем. Морозов, конечно, не знал, были ли у Марка подобные проблемы. За прошедшие неполные сутки их знакомства никто ничего такого не упоминал, но это еще ничего не значило.