Книга Игра с профайлером, страница 51 – Александр Эскрива

Для Фернандо это было потрясающе. Для нее – непонятно.

Когда они закончили, Фернандо почувствовал себя новым, другим, более взрослым, менее невинным. Он был в эйфории и, отдышавшись, хихикнул. Он сделал это. Он посмотрел на Сильвию, та набирала сообщения на сине-белом Nokia. Откуда у нее взялся телефон?

— Тебе понравился урок журналистики данных? – пошутил он.

Она изобразила улыбку, но не ответила, продолжая набирать сообщение на телефоне.

— Когда мы встретимся в следующий раз? – спросил он, желая снова воплотить свои фантазии.

— Не знаю. Мы и не обязаны.

Холод.

— Конечно. Хорошо, что не обязаны.

Фернандо посмотрел на часы на стене – пора было уходить. Если повезет, он успеет на ближайший поезд до Табернес-де-Вальдигна.

— Я пошел, – сказал он, одеваясь. – Мне пора…

— Захлопни дверь, когда будешь уходить.

Еще холоднее.

Он оделся и ушел.

Фернандо и Сильвия больше ни разу не встретились. Сначала он несколько недель переживал, что был не на высоте. Вскоре он понял, что оказался очередным трофеем и что не стоит виться вокруг нее. Такое случается сплошь и рядом. Он говорил себе это время от времени до конца курса.

Уильям Паркер

2017-й, Лос-Анджелес

Уильям тут же прокрутил в памяти загадочное признание Эммы Кларк. Она сказала, что лифт остановился и что ей пришлось убить соседку. «У меня не было выбора». Женщина страдала клаустрофобией, и, возможно, у нее случился приступ паники. Приступ безумия, который толкнул ее на совершение безрассудного поступка. Не выдумала ли она эту историю? Не покрывает ли она настоящего убийцу? Если да, то она его знает. Арестовали ли они невиновного человека или все, что она сказала, правда, и это она убила жертву?

Когда Дженнифер, замотанная в полотенце, вышла из ванной, то увидела одетого Уильяма и на миг почувствовала себя уязвленной.

— Ты уходишь?

Уильям объяснил, в чем дело, надевая пальто.

— Прости. Но я должен спешить.

* * *

Убийство, из-за которого его отъезд был перенесен, произошло на улице Фэшн-стрит, в одном из самых опасных районов Лос-Анджелеса. Первое, что увидел Уильям, прибыв на место преступления, – тот самый знак, сделанный кровью, в нескольких сантиметрах на стене над трупом. В отличие от предыдущего убийства жертвой была женщина лет шестидесяти, ее ударили увесистым предметом по голове.

— Бедняжка была не в состоянии дать отпор, – высказал предположение Кокс, глядя на сумки с покупками, лежавшие на полу.

Уильям применил ту же процедуру, что и вчера, и допросил всех соседей, но не обнаружил ничего заслуживающего внимания и ретировался с места преступления без малейшего подозрения в чей-либо адрес.

Дело многократно усложнилось вопреки его ожиданиям, и события развивались стремительно. Эмму Кларк положили в психиатрическую больницу «Обливион»^[11], где с ней провели несколько бесед, и в каждой она признавалась в убийстве Вен Ванг. Она ни разу не заявила о невиновности. Но, когда ее спрашивали о мотивах, заставивших совершить страшное преступление, она отгораживалась стеной молчания, переставая отвечать на вопросы.

Бен Вуд, психолог, у которого Эмма Кларк была на приеме незадолго до рокового инцидента, не мог поверить в случившееся. Согласно его записям, которые он предоставил для подкрепления своих заявлений, миссис Кларк в течение многих месяцев проходила лечение от острой клаустрофобии, и за последние несколько недель ее состояние заметно улучшилось, поэтому психолог посоветовал ей постепенно увеличивать время пребывания в закрытых помещениях, а прежде еженедельные сеансы терапии теперь проходили два раза в месяц, чтобы укрепить в ней чувство самостоятельности.