Книга Семь слонов, страница 16 – Игорь Патанин

— Мне пятнадцать. Мне всегда пятнадцать, — Катя грустно улыбнулась. — Это трудно объяснить. Ты сейчас под действием препаратов. Поэтому можешь меня видеть.

Софья уставилась на девочку, пытаясь понять, что происходит. Галлюцинация? Последствия укола? Или она просто сходит с ума?

— Я не понимаю…

— Конечно, не понимаешь, — Катя взяла с тумбочки зелёного слона. — Это я оставила тебе сообщение. «Не верь. Беги. К.» Я надеялась, что ты сможешь уйти до того, как они начнут процедуры.

— Какие процедуры? Что происходит? — в голосе Софьи звучала паника.

Катя вздохнула, поглаживая фарфоровую фигурку.

— Беркут и его «коллекционеры»… они не просто похищают детей. Они создают свою коллекцию. Особенных детей, как они говорят. Детей, чьи души будут принадлежать им.

— Я не понимаю…

— Беркут разработал препарат. Он называет его «ключом». Этот препарат изменяет сознание, делает человека внушаемым. А потом… потом они забирают часть тебя. Твои воспоминания, твои эмоции, твою волю. И взамен оставляют пустоту. Или что-то чужое.

Внутренности Софьи словно сковало.

— Они делают из людей марионеток?

— Хуже. Они делают из людей коллекционеров. Таких же, как они сами. Виктор Рогов, Игорь Соколов — они были первыми. Первыми подопытными. А теперь они помогают Беркуту находить новых… экспонатов.

Софья попыталась переварить услышанное. Это звучало как бред, как сюжет фантастического фильма. Но что-то подсказывало ей, что Катя говорит правду.

— Если ты здесь уже двадцать лет… то почему ты до сих пор выглядишь как подросток?

Катя грустно улыбнулась.

— Я не здесь. Не совсем здесь. Моё тело… оно мертво. Давно мертво. А то, что ты видишь, — лишь проекция. Отражение в твоём сознании, изменённом препаратами.

— Ты призрак? — Софья отодвинулась, чувствуя, как по телу пробежала дрожь.

— Нет. Скорее… эхо. Беркут называет это «остаточным сознанием». Когда у человека забирают его суть, что-то всё равно остаётся.

Елена Андреевна встретила Анну в своей квартире, измученная бессонницей и ожиданием. Круги под глазами, бледное лицо, нервные движения — она выглядела человеком на грани нервного срыва.

— Что-то случилось? — спросила она, как только Анна переступила порог. — Вы нашли Софью?

— Пока нет. Но у меня появились новые вопросы, — Анна прошла в гостиную. — Это очень важно. Вы когда-нибудь посещали психологический центр «Новая жизнь»?

Елена Андреевна замерла на секунду.

— Да. Пару лет назад. Виктор посоветовал, сказал, что у меня повышенная тревожность из-за работы. А что?

— И Софья тоже была там?

— Несколько раз. Три или четыре сеанса, — Елена Андреевна нахмурилась. — Но мы перестали ходить. Софье не нравился психолог. Она говорила, что ей некомфортно на сеансах. А что случилось?

Анна достала фотографию Беркута.

— Это тот психолог, к которому вы ходили?

Елена Андреевна взглянула на снимок и кивнула.

— Да, доктор Беркут. Он очень известный специалист. Виктор говорил, что к нему очередь на несколько месяцев вперёд, но нам удалось попасть к нему по знакомству.

— Что происходило на сеансах? Что он делал с вами? С Софьей?

— Обычная терапия, — Елена Андреевна пожала плечами. — Беседы, тесты. С Софьей он проводил какую-то арт-терапию… Что-то связанное с фигурками животных. И прописал мне таблетки.