Книга Семь слонов, страница 40 – Игорь Патанин

Софью пронзило острое чувство тревоги. Сойко. Человек, которого она видела каждый день в школе. Который всегда был особенно внимателен к ней, хвалил за успехи, приглашал на олимпиады и конкурсы. Который настойчиво рекомендовал её матери обратиться в центр «Новая жизнь», когда у Софьи начались проблемы с концентрацией внимания.

Он был одним из них. Всё это время он был одним из «коллекционеров».

Софья отложила журнал и потянулась к телефону, который мама оставила на тумбочке. Нужно было срочно позвонить Анне Витальевне. Рассказать о Сойко. Предупредить.

Но в тот момент, когда она взяла телефон, дверь открылась. На пороге стоял врач — пожилой мужчина с усталым лицом и добрыми глазами. Софья видела его несколько раз — он заходил к ней, проверял состояние, делал записи в медицинской карте.

— Как мы себя чувствуем сегодня? — спросил он, входя в палату. — Головные боли, головокружение?

— Нет, всё в порядке, — Софья отложила телефон. Звонок Анне Витальевне мог подождать несколько минут. — Когда меня выпишут?

— Скоро, — улыбнулся врач, доставая из кармана халата стетоскоп. — Но сначала нужно завершить курс лечения. У вас было серьёзное отравление неизвестным препаратом. Мы должны убедиться, что все следы выведены из организма.

Он подошёл ближе, прослушивая сердце и лёгкие.

— Глубоко вдохните. Вот так, хорошо.

Софья послушно выполняла указания, отвечая на вопросы о самочувствии. Но её мысли были заняты открытием, сделанным в журнале. Сколько ещё людей вокруг могли быть «коллекционерами»? Кому можно доверять?

— Теперь нужно проверить реакцию зрачков, — врач достал из кармана маленький фонарик. — Смотрите прямо перед собой.

Он посветил ей в глаза, внимательно изучая реакцию. А потом что-то изменилось в его взгляде. Что-то похолодело. И правая рука, державшая фонарик, вдруг метнулась к шее Софьи.

Укол был быстрым, почти безболезненным. Софья даже не сразу поняла, что произошло. Только когда врач отступил, держа в руке пустой шприц, она осознала, что это не обычная процедура.

— Что вы… — голос подвёл её, слова застревали в горле.

— Спи, девочка, — тихо сказал врач, убирая шприц обратно в карман. — Тебя ждут в «Питомнике». «Стратег» лично заинтересовался твоим случаем.

Сознание начало мутиться. Софья попыталась позвать на помощь, но изо рта вырвался лишь слабый стон. Она потянулась к кнопке вызова медсестры, но руки не слушались.

Последнее, что она увидела перед тем, как её окутала темнота, — спокойное лицо «врача», который что-то говорил по телефону.

«Объект готов к транспортировке».

Анна ворвалась в больничную палату, которая ещё недавно была убежищем для Софьи. Теперь комната напоминала место преступления — полицейские фотографировали каждый угол, эксперты собирали образцы, врачи и медсёстры стояли в стороне с растерянными лицами.

Елена Андреевна сидела на краю кровати, сжимая в руках телефон дочери. Взгляд остекленевший, лицо бледное — состояние шока.

— Что случилось? — Анна подошла к ней и опустилась рядом. — Кто-нибудь видел, как её забрали?

— Я отошла… всего на пятнадцать минут, — голос Елены Андреевны звучал безжизненно. — Врач сказал, что хочет поговорить о результатах анализов. Мы вышли в коридор, долго обсуждали… А когда я вернулась, Софья уже была без сознания, а рядом с ней стоял тот самый врач с каким-то шприцем в руках.