Книга Семь слонов, страница 63 – Игорь Патанин

— А кому он доверял?

— В основном себе, — Зорин слегка усмехнулся. — Но ближе всего к нему были Кравцова и, до недавнего времени, Беркут. Есть ещё несколько учёных из первоначальной группы, которые работали с ним с самого начала. Но я не знаю их имён.

Анна сделала знак Дорохову записывать.

— Когда началась эта программа? И почему именно «Семь слонов»?

— Идея зародилась ещё в начале двухтысячных, — ответил Зорин. — Михаил тогда работал над лекарством от деменции. Они с коллегами случайно обнаружили, что некоторые комбинации веществ не только восстанавливают память, но и делают человека необычайно внушаемым, открытым для перепрограммирования. Сначала эксперименты проводились с целью лечения тяжёлых психических расстройств. Но потом Михаил… увлёкся идеей создания «улучшенных» людей.

— А название? Почему «Семь слонов»?

— Это идея Кравцовой. Она коллекционировала фарфоровых слонов и однажды рассказала легенду о том, что семь слонов приносят счастье и исполняют желания. Но только если все семь собраны вместе. Михаилу понравилась эта метафора. Семь типов личности, семь уровней контроля, семь цветов кодировки. Всё начиналось как шутка, но потом закрепилось.

Анна вспомнила коллекцию разноцветных слонов в стеклянном кубе в кабинете «Стратега».

— Что означают эти цвета? Мы знаем про белых, синих, зелёных, красных и жёлтых слонов. А остальные?

— Белые — для погибших в ходе экспериментов. Синие — потенциальные объекты, находящиеся под наблюдением. Зелёные — те, кто проходит начальные стадии трансформации. Красные — полностью трансформированные, ставшие частью организации. Жёлтые — сопротивляющиеся, но представляющие интерес. Фиолетовые — учёные и специалисты, разрабатывающие методики. И оранжевые — рекрутеры, те, кто ищет новых кандидатов для программы.

— И какого цвета слон у вашего брата? — спросила Анна.

Дмитрий Зорин покачал головой:

— У Михаила нет слона. Он не часть системы, он — её создатель.

В этот момент в ангар вбежал запыхавшийся оперативник:

— Следователь Свиридова! Срочно! В больнице чрезвычайное происшествие! Софья Величко!

Анна резко обернулась:

— Что с ней?

— Неизвестные пытались похитить её из палаты! Охрана остановила их, но есть раненые!

Анна повернулась к Дорохову:

— Оставайся здесь. Допроси его подробнее. Выясни всё, что он знает о резервных лабораториях, о способах связи с братом, о финансировании программы. Я в больницу.

— Понял, — кивнул Дорохов. — Будь осторожна. Они явно не остановятся.

Больница гудела, как растревоженный улей. У входа стояли полицейские машины с включёнными проблесковыми маячками, внутри сновали полицейские и медики. Анна быстро пробралась к лифтам, показывая удостоверение, чтобы ускорить процесс.

На третьем этаже, где находилась палата Софьи, было оцеплено целое крыло. У двери в палату стояла охрана — уже усиленная, судя по количеству вооружённых полицейских.

— Что произошло? — спросила Анна у дежурного офицера.

— Двое неизвестных в форме медперсонала попытались проникнуть в палату, — доложил он. — Охранник заподозрил неладное, когда они не смогли предъявить больничные пропуска. Началась перестрелка. Одного нападавшего ранили, второй скрылся.

— Задержанный говорит?

— Пока нет. Он в операционной, ранение серьёзное.