Книга Мне уже не больно, страница 215 – Лили Рокс

«Пора домой», — повторял он это, как мантру. Сначала эти слова казались далекими, почти абсурдными. Но я слушала их уже спокойно, понимая, что не могу просидеть здесь до пенсии. Это было неизбежно. Рано или поздно Лазарев устанет платить за мое пребывание здесь. Все это — бессмысленная трата денег, которая ничего не приносила, кроме иллюзии откупа за то, что нельзя исправить.

Мне казалось, что он продержится до тех пор, пока не ощутит, что его совесть чиста, что он сделал все возможное, чтобы «спасти» меня. Но я знала, что этот момент рано или поздно наступит, и тогда двери лечебницы откроются, выпуская меня обратно в мир, от которого я все это время пряталась.

На свежем весеннем воздухе мысли текли легче. Здесь, за высоким кирпичным забором, скрывающим лечебницу от любопытных глаз, я чувствовала себя свободнее, чем когда-либо у Лазарева. Но чем сильнее ощущение свободы, тем острее становилась боль от неизбежности возвращения к нему.

Последний разговор с Ангелиной расставил все на свои места. Она появилась совершенно неожиданно, идя по аллее в легком синем плаще и розовом шелковом шарфе, который был небрежно повязан вокруг шеи. Судя по тому, как уверенно она направлялась ко мне, ее предупредили, где меня искать.

Маша, заметив ее первой, тут же перестала весело рассказывать о своем новом женихе и напряглась. Ангелина подошла к нам и в характерной для Лазарева манере попросила Машу оставить нас вдвоем.

— К сожалению, сегодня отмолчаться не выйдет, — Ангелина присела рядом на скамейку, ее тон был сухим, словно она заранее знала, что разговор будет тяжелым. — Ты ведь понимаешь, о чем мы будем говорить.

Я лишь пожала плечами.

— Прости меня, — сказала она, и ее голос неожиданно дрогнул.

— За что? За то, что не приехала тогда?

Ангелина сжала виски ладонями, пропустив пальцы в волосы, словно пытаясь удержать мысли, которые расползались по краям.

— За все… Я думала, так будет лучше. Я думала, что помогу тебе, а на самом деле чуть не погубила. Я виновата перед тобой, но не так, как ты думаешь. У меня была операция. Как только я увидела пропущенные вызовы, я поняла, что случилось что-то ужасное. Сразу примчалась к Феликсу, но было уже поздно.

— Какой смысл говорить об этом сейчас?

— Я хочу, чтобы ты знала, — ее голос прозвучал едва слышно.

— Мне уже все равно, — я отвернулась, уткнувшись взглядом в землю.

— Не будь хотя бы слишком строга к Фелюше. Ему было очень плохо. У него был инфаркт. Его едва спасли…

— Жаль, — с холодом в голосе отрезала я.

Ангелина судорожно выдохнула, стараясь держать эмоции под контролем.

— Я понимаю.

— Ничего вы не понимаете! — вспыхнула я. — Он убийца! Он знал, что Лана умирает, медленно и мучительно, и позволял ей уничтожать себя таблетками. Хотя мог настаивать на лечении, на операции! Мог оплатить ей операцию, ведь мог! А она страдала, терпела ужасные боли, но ему было плевать. Зачем ему была нужна Лана, если ее можно было заменить на кого-то другого, в любой момент?

Ангелина замерла, ее глаза наполнились растерянностью.

— Откуда ты это…?

— Знаю? Я слышала. Каждый раз. Только раньше мне казалось, что это был просто сон. Один и тот же каждую ночь.

Ангелина опустила голову, тяжело дыша.

— Пойми, каким бы он ни был, он мой брат. И он тебя любит. Он страдает, Даша. Я не прошу о взаимности, я знаю, что это невозможно. Но, пожалуйста, помоги ему. Он стареет, болен, любой новый сердечный приступ может стать для него последним. Подумай хотя бы о себе. Какие возможности откроются перед тобой. Он исполнит любое твое желание…