Книга Заряна. Укрощаю любовью, страница 37 – Люсинда Миллер

— Нет, не трогай меня. Я спать хочу. Оставь их, — бормотала сквозь забытье, цепляясь за наглые мои руки, но меня уже было не остановить.

Азарт и любопытство овладели всем существом. Лобок, покрытый рыжеватыми кудряшками, словно медная стружка, завораживал. У меня никогда не было женщины с таким натуральным цветом. Я одурел. Но мысль ею воспользоваться отмел сразу. Дрожащими руками слегка раздвинул бедра спящей девушки и накрыл холмик, согревая ладонь жаром сокровенной плоти. Клитор пульсировал под пальцами и один, соскользнув, плавно вошел глубже, вызывая протяжный стон девушки. Она дернулась бедрами навстречу. Я добавил второй, усиливая давление. В ответ она сжала бедра, зажимая ладонь. Я напрягся от собственного возбуждения, готовый взять силой спящую и будь что будет. Но разум стучал в бубен: нельзя! Нехотя убрал пальцы из горячего лона и накрыв одеялом до шеи Зарянку, отошел. Разделся и лег рядом, поверх покрывала, зная, как нелегка окажется эта ночь, но и не теряя надежду, что по утру девушка, придя в себя передумает и тогда мои вожделенные мечты наконец обретут реальность.

Но то, что произошло по утру не только спутало мои карты, но и поставило в тупик. Я должен бы был обидеться, получив признание, что ночь со мною выдалась на столько не запоминающейся, но еще больше оказался в недоумении от ее мнения о сексе в целом. Заряна хоть и бойкая, привлекательная девушка, легкодоступной не казалась. И ее стабильные отказы моих ухаживаний не походили на набивание цены. А после ее слов задумался: а почему я не привлекаю ее?

* * *

— Мы хотя бы предохранялись? — печальным голосом уточнила Заряна.

— О, да! Уверяю тебя, в эту ночь ты точно не понесешь.

— И на том спасибо. Принеси мою одежду пожалуйста, я хочу писать и пить.

Я, загадочно улыбаясь, потянул на себя за уголок одеяла, пытаясь обнажить ее грудь. Девушка вцепилась сильнее.

— Ты что делаешь? — дернула обратно.

— Ты стесняешься, Зарян? Я все у тебя не только видел, но и трогал и даже больше, — низким грудным голосом выдавал подробности произошедшего. — Скажи, ты совсем-совсем ничего не помнишь?

Я вернулся в исходное положение, устремив серьезный взгляд в ее лицо. Но сколько девушка не хмурилась в поисках совместных воспоминаний, в памяти их не находила. Правильно, потому что их не было. Таких, чтобы запомнить.

— Ничего, — сделавшись абсолютно печальной. — Секс не то событие, которое может застрять в голове надолго. Он скорее то, о чем я предпочитаю не вспоминать.

Договорив фразу, удивила меня еще больше.

— Заряна, ты сейчас серьезно? — я не верил плутовке.

— Ну да. А что, я говорила иначе, ну в процессе…, — наклонилась ко мне, уже с интересом ожидая подробности той ночи.  — Может мне вдруг понравилось?

Еще раз оглядев ее искренне лицо, перевел взгляд на потолок, надеясь прочесть видимо там ответы на свои виртуальные вопросы. Выдохнул. Пройдясь пятерней по волосам, капитулировал.

— Я дам тебе свою футболку. А белье твое в бельевом ящике под матрасом. Одевайся и выходи к завтраку.

Слез с кровати, пройдя до высокого шифоньера, извлек с полки домашний трикотаж и кинул голенькой. Не глядя больше в ее сторону, вышел из комнаты.

Амир.

Услышал ее тихие шаги и обернулся. Смущенная, в моей белой футболке до середины бедра с босыми ногами подошла к стулу и аккуратно села. Волосы заплела в небрежную косу и перекинула на бок. Умылась и выглядела более бодро, чем когда находилась в постели.