Книга Заряна. Укрощаю любовью, страница 40 – Люсинда Миллер

— Ну и вопрос, удивила. Желаешь повторение недавней ночи, только по — трезвому? Ты же не пьяна сейчас, а Зарянка?

Амир умел давить на ахиллесову пяту, но я упорно не поддавалась на его подразнивание. Почему просто не спросить о причине, по-человечески, а не подтрунивать надо мной? Негодяй. Захотелось нажать отбой и удалить контакт из списка. Но мой инстинкт самосохранения призывал не сдаваться и идти к намеченной цели: мягкой, уютной постели. Ничего большего и лишнего. Только человеческий сон.

— Нет, Амир, я трезва. Просто мне некуда идти сегодня ночью.

Сказала и закрыла глаза от стыда, что приходится унижаться и просить его. Чувство незащищенности, ненужности и тупика охватило грудь в тиски, не давая полностью вздохнуть. Валиев видимо от моих слов выпал в осадок и замолк. Секунд десять длилась пауза и мне показалось, что связь прервалась или он раздумывает как мне отказать, но нет, заговорил.

— Ты где, в клубе?

— Да.

— Я приеду за тобой. И без глупостей, Зарян, окей?

— Спасибо, Амир.

Амир.

Звонок от Заряны порадовал и вопрос о ночлеге у меня прокатился сладостным волнением в душе, эхом отдавая в чресла. Картинки сплетенных тел на постели, разнообразные позы, вздохи и стоны замелькали перед глазами. Но причина, что она озвучила, спустила с небесных высот на землю обетованную: ей попросту необходим был ночлег. Я не знал о ней многого и почему она позвонила именно мне удивило. Но и польстило. Девушка мне доверяла. Приятно. И теперь моя афера с якобы переспали грызла стыдом и давила на признание. Нет, не сейчас. Не сегодня, позже. Иначе доверять перестанет, а я еле заполучил его и то благодаря ее бытовым трудностям.

Сорвался с "Черкесских терм", торопясь успеть застать девушку на рабочем месте, опасаясь, что кто-то другой перехватит ее на ночлег. Уже за то, чтобы она находилась на моей территории, готов пожертвовать своим покоем.

Воительница сменила образ на послушницу и скромно стояла на крыльце "Козодоя" в ожидании спасителя в лице меня. Я усмехнулся. Покорная она мне нравилась больше, хотя и заводила со страшной силой своей строптивостью и дерзостью. Припарковав свой чернильный Мустанг напротив крыльца, не выходя из салона, крикнул:

— Зарянка, твой такси прибыло.

Девушка окинула взглядом машину, не узнавая меня сразу. Спустилась по ступеням и заглянула в открытое окно. Обойдя машину спереди, еще раз посмотрела на логотип "бегущий мустанг" и покачала головой, будто не веря, что за рулем я.

— Не хилое такое такси, — произнесла, залезая в салон. — Ты "жеребца" одолжил? — спросила, повернувшись ко мне лицом.

— Почему это одолжил? Он мой, — удивленно поднял брови. — Такому жеребцу как я, под стать и лошадь, — подмигнул самодовольно и рассмеялся своей шутке. — У меня две машины. Одна для повседневных перевозок, другая девочек выкатывать.

Специально сказал так, чтобы позлить. Не так уж и часто катал. Хотя желали они меня зачастую именно из-за тачки, а та, что я желал, лишь скривилась от недовольства. Не впечатлял ее ни я, ни мой конь.

— Мажор! — сказала пренебрежительно и отвернулась к окну.

— Надеюсь, ты меня причислила к офицерскому званию у вооруженных сил Франции, иначе я обижусь и высажу тебя.

Заряна резко обернулась в испуге, поверив в мою угрозу. Но и я не желал терпеть ее издевки над моим финансовым состоянием.