Книга Греховный соблазн ночи, страница 48 – Люсинда Миллер

* * *

— Джафар Сабирович, — крикнула одна из студенток, бегущая навстречу Анне и Джафару. — Мне тоже дали роль одной из жен Абдуллы. Буду играть Зарину, — и расплылась в улыбке, ища ответную радость в лице преподавателя.

Тариев сухо ответил, что рад ее участию. Анну студентка не замечала или делала вид, полностью поглощенная любимым преподавателем, идя рядом, позволяя созерцать профиль позади идущей за ними Анны. Романова слушала пустую болтовню ученицы и все больше раздражалась.

"И это маленький эпизод из преподавательской жизни Тариева. Сколько вот таких назойливых девиц к нему липнет?"

За этими невеселыми мыслями незаметно преодолели путь до аудитории. Большая часть участников спектакля собралась и ждала преподавателя. При появлении незнакомки модельной внешности, нетипичной для основной этнической группы, присутствующие удивленно замерли. Джафар приветствовал всех на азери, мужчинам пожал руку, кого-то хлопнул по плечу. Обернулся к Анне, шедшей следом.

— Познакомьтесь с новым персонажем. Это моя…, — запнувшись, не зная как обозначить ее статус, — Анна. И она будет играть Зухру.

— Но любимую жену Абдуллы должна играть я, — неуверенно прозвучал голос из толпы актеров.

Все переводили взгляд с одной девушки на другую и ждали, что решит Тариев.

— Диана, у басмача сколько жен было?

— Девять, — выдала, хлопая глазами студентка.

— А мы сократили до пяти. Одной больше, одной меньше.

Девушка лишь кивнула в знак согласия, зыркнув на незнакомку, которой отвели ее роль. Вторая студентка, что радостно встречала преподавателя с открытым ртом слушала новость, резко меняясь в лице. От удивления и неприятия, до агрессии и печали. Анна, заметив ее эмоции, едва сдержалась, чтобы не показать девице средний палец, лишь выше вздернула подбородок и так возвышаясь на полголовы студентки.

Джафар зашел на сцену, проверяя местоположения импровизированных предметов. Общаясь с мужчиной чуть старше его жестикулировал и раздавал указания. Как поняла Анна, тот играл основную роль — красноармейца Сухова. Так как репетиция последняя, то решили в костюмах играть, дабы вжиться в роль более натурально. Женский состав отправился переодеваться в комнату за кулисы.

Анна, раздевшись до нижнего белья, как и другие участницы спектакля, не задумывалась, что ее положение может не укрыться от чужих глаз, хотя живот едва ли намечался. Женщины, где бы они не находились: на улице или в хамаме, всегда будут сравнивать себя с потенциальной соперницей за мужское внимание. Кто-то не замечал ее присутствия, занимаясь собою, кто-то поглядывал незаметно, разговаривая на родном языке. Анна переводила отдельные слова, что успела запомнить за время проживания. Уловив более пристальный взгляд и перешептывания двух девушек, не выдержала, заговорила с ними.

— У меня что: три молочных железы или сильно развитый рудимент копчика, что вы так пялитесь на меня? — встала, уперев руку в бок и бросив завязывать тесемки на шальварах.

Надетая лишь в штанишки, что скорее подчеркивали округлость растущего животика, чем скрывали, в бюстгальтере являла образ амазонки — накинь лишь колчан на спину и копье в руку: истинная воительница, но никак не покорная женщина гарема. Кто-то из девушек засмеялся, показав большой палец вверх на выпад Анны.