Книга Греховный соблазн ночи, страница 76 – Люсинда Миллер

— Тариев, — назидательным тоном произнесла Анна. — Ты от кого набрался бесстыдства о таких вещах на людях говорить? — при этом еле сдерживался улыбку на губах.

— Каюсь, испортился. Дурное влияние юной особы.

— Эх, нельзя такому дядечке поддаваться всяким невежественным девицам.

— Согласен, нельзя. В другой раз, как услышу пошлость из ее уст, накажу.

— Правда? — растерялась Анна, уверовав в обещание.

— Пошли уже, — хохотнул Джафар, захватывая в плен руку Анны. — А то камеры же всюду, будут потом ржать над нами админы охранного бюро.

— Ой, точно, — и, оглядев периметр помещения, отыскала глазами черные глазки камер, порывисто высунула язык и поспешила за Джафаром.

Уже устроившись в салоне автомобиля, Анна вернулась к мучившему ее вопросу об отце Джафара. Пока авто прогревалось, выкроились минуты для спокойного общения.

— Так что с твоим отцом?

— Он оставил нас, когда мне исполнилось пятнадцать. У него на стороне была женщина и отношения с моей матерью, конечно же, дали трещину. Мама, узнав о любовнице, не простила. Первое время я виделся с ним, разрываясь между родителями. А потом у него родилась дочь с той женщиной, и он все больше стал проводить время с новой семьей.

— Грустно так, Джафар.

— Да. Я очень страдал. Ненавидел его дочь. Желал смерти его жене. Потом успокоился, поступил в институт. Наш дом, частично реставрирован за его средства. Так он пытался компенсировать свой уход из семьи.

— Ты поэтому так долго не женат?

— Возможно его уход наложил свой отпечаток. Но, — тут Джафар повернулся лицом к пассажирке. — Скорее я ждал тебя и дождался, — протянув руку, погладил тыльной стороной ладони щеку девушки. — Спасибо, что ты приехала в Сумгаит. Я должен стольких людей благодарить, за то, что ты оказалась рядом.

Анна, не выдержав любви во взгляде мужчины, мягких касаний рук, заботливого тона, уткнулась в изгиб плеча Тариева и всхлипнула от переполнивших ее эмоций: Джафар только что признался ей в любви.

— Не плачь, а то твои красивые глазки испортятся, — и, поцеловав макушку, прошептал: — Люблю тебя, строптивица.

Анна слушала гулкое биение сердца мужчины, размеренное горячее дыхание над головой, поглаживания по спине и плечам, все глубже утопая в бездне заботы мужчины и к своему удивлению, желание подчиняться этой силе и властности уже не находило неприязнь.

— Смотри у меня, Тариев, — высвободившись из объятий его рук, пригрозила. — Только попробуй мне измени с другой! Я выцарапаю тебе глаза, а ей вырву волосы с корнем. И буду наслаждаться видом слепого с лысой.

— Дурочка! — захохотал Джафар, мазнув указательным пальцем по носу Анны. — Мне не нужна другая. Да найдется ли еще такая дерзкая и горячая, что так будет меня волновать. Кстати, — вдруг посерьёзнел. — Этому Георгию скажи, чтобы перестал надеяться и отстал.

— Да я что, телефон что ли его знаю или у торгового центра буду караулить? — негодующе всплеснула руками.

— Когда он сам тебя найдет. А он еще вернется, поверь мне.

— А ты что, совсем меня не ревнуешь к нему? — разочаровалась Анна, слушая спокойный тон Тариева.

— Ревную.

— Странная ревность.

— По-твоему я должен кричать и распускать руки?

— Нет, конечно! Но все же спокойно реагируешь на парня, что меня чуть из-под носа не увел.

— Он тоже сыграл свою роль в наших отношениях. И я должен сказать и ему спасибо.