Книга Пышка на пасеке, страница 11 – Жанна Софт

— Да извращенец он настоящий, — смело заявляет Василиса, — чего он там с этими ульями делает? Никого на свой участок не пускает, женщины нет. Либо «голубой», либо «зоофил»!

Вася и её подружки зло смеются, и я вдруг улавливаю некий сарказм или даже интриги, что плетут эти красивые, но ядовитые дачные змейки.

— Что-то не пойму, при чём здесь я? — спрашиваю осторожно, дабы не выдать тот простой факт, что раскусила их плохую игру и уж точно не собираюсь стать пешкой в ней.

— Накатай заяву на Савельева, — вдруг требует Васька, схватив меня за руку, — У тебя вид сейчас, не дай бог, медики подтвердят всю серьёзность ситуации.

— И что это даст?

— Он уберёт пчёл, глупая! — спешно отвечает Лена.

Нет, с одной стороны, доля здравого смысла в этом была. Не хватает этих, жужжащих на мою голову. Итак, непонятно, как жить дальше. Тут ещё постоянно оглядываться в ожидании смертельного укуса.

Но с другой стороны, эти перекошенные от предвкушения мести лица, меня несколько напрягали.

— Я… подумаю.

Девчонки переглядываются и вздыхают.

— Ладно, думай. Ты с нами или на ночь здесь останешься? — бодро говорит Васька, не желая показывать разочарования.

— С вами, — от мысли, что мне ещё надо будет искать, как добраться обратно в посёлок, стало совсем уж невесело.

Тяжело поднимаюсь с больничной койки, превозмогая головокружение. Отдать должное моим знакомым, они тут же кинулись на помощь, причитая о том, как ужасно иметь аллергию в наше время, и что никто не застрахован оказаться в такой вот ситуации.

Меня выписывают, и мы идём к машине Лены, которая поджидала нас за рулём.

— Сашка, конечно, мужик неплохой, меж тем задумчиво рассуждает девушка, чьё имя я так и не узнала, — Но уж больно гордый.

Я бы так, конечно, не сказала. Он показался отходчивым и довольно адекватным, учитывая, какие фортели я выкидывала эти два дня.

Пока Вася с Леной спорили, кто сядет на переднее сидение (Вася хотела что бы я, потому что самая крупная, а Ленка говорила что ее укачивает на заднем), третья склонилась к моему уху и тихо проговорила:

— Волновался за тебя, бледный совсем стал…

Василиса, услышав реплику подруги, тут же взвилась:

— Да за себя он волновался! Знает, чем это может обернуться.

Возвращение на участок, который волей судьбы я теперь вынуждена называть своим домом, осталось незамеченным для всех.

Мои спутницы всю дорогу обсуждали личность Савельева, в самых неожиданных для меня формах. Которые шли вразрез с тем, что я видела своими глазами. Из чего мне показалось, что именно Василиса и компания хотят очернить мужчину в моих глазах. Зачем?

Я уж точно не претендую на этого мужчину. Да и вообще, некогда мне о мужиках думать и рассуждать. Дел невпроворот!

Едва я улеглась, чтобы подремать пару часов, перед рассветом, где-то вдали послышался чудовищный гром. Дождь?

Если начнётся ливень, мой новенький холодильник сломается! Что же делать?

Снова поднимаюсь, едва волоча ноги. Что за насыщенные дни пошли!

Выбегаю во двор, накинув только халат поверх ночной рубашки, и прямиком к белому гиганту, который скромно притаился под гроздями цветущей глицинии. От одного его вида мне дурно стало. Да я не то что поднять его не смогу, даже наклонять — дело рискованное.

Сверкает молния, пока я тревожно бегаю вокруг холодильника, заламывая руки. Если верить часам, скоро утро. Но небо такое тёмное, будто глубокая ночь.