Книга Побочный эффект спасения миллиардера, страница 13 – Лилия Хисамова

— Дочь?

Замираю, как вор, пойманный на месте преступления с мешком драгоценностей или, в моём случае, с парой шоколадок.

Папа смотрит на меня с выражением, которое можно расшифровать как: «Опять ты за своё?»

— Что ты здесь делаешь? — спрашивает строго.

Прикладываю руку к горлу и шепчу:

— Пропал голос.

— Больничный выписали?

Киваю с видом мученицы.

— Ясно. Что-то ещё болит?

Кажется, он заметил и слёзы, которые предательски блестят на моих щеках.

Снова киваю.

— Что именно? — уточняет папа, чуть смягчая тон.

Кладу ладонь на сердце.

— С этим иди к маме. Я по другой части специализируюсь. Но если кто тебя обидел, дай знать. Я, так сказать, вправлю парню кости.

Закатываю глаза.

Папа и его вечные супергеройские шуточки.

Чмокнув его в щёку, я направляюсь к лифтам.

Двери кабины с тихим звоном раскрываются, и оттуда появляется мужчина. Красный, как варёный рак, в больничной одежде, что-то недовольно бурчащий себе под нос.

Да это же Семён Семёныч!

Пациент, которого я лично привезла на скорой. Вчера ему должны были имплантировать кардиостимулятор и, судя по аппарату Холтера, аккуратно прикреплённому к груди, операцию успешно провели.

Что же он тогда разгуливает по этажам, словно по парку в воскресный день?

Решительно ставлю руки в бока и бросаю на Семёна Семёныча строгий взгляд.

— О, Маша! И ты тут, — замечает меня старичок, расплываясь в улыбке.

Я набираю в лёгкие воздуха и шёпотом спрашиваю: — Что вы здесь делаете? Вам же нужно отдыхать!

— Да я всего лишь пришёл навестить друга, — оправдывается Семён Семёныч с невинным видом, будто школьник, пойманный за поеданием конфет перед обедом.

Мотаю головой: — Нет-нет!

— Да я только на минутку! — уверяет он, пытаясь обойти меня, чтобы продолжить свой променад.

Упрямый старик.

Оставить его одного после операции всё равно что выпустить котёнка на оживлённую трассу.

Нет уж, без присмотра не отпущу!

Решаю сопроводить пациента к другу, а потом уж препроводить обратно в палату, вниз на этаж.

К моему удивлению, мы направляемся в сектор с частными палатами. Пройдя палату Кирилла мой подопечный уверенно сворачивает к двери налево.

Сама не замечаю, как пролетает время.

Семён Семёныч увлечённо болтает со своим другом, который лежит здесь с переломом шейки бедра. Их разговор то и дело прерывается добродушными шутками: друг в ответ что-то рассказывает, жестикулирует, а Семён Семёныч заливисто хохочет, на мгновение забывая, что он пациент после серьёзной операции.

Пару раз заходит медсестра и тут же становится частью их весёлой компании. Она ловко вставляет остроумное замечание, все дружно смеются, атмосфера становится ещё теплее.

В груди щемит: как бы мне тоже хотелось вот так беззаботно смеяться с ними, раствориться в этой лёгкой, почти домашней атмосфере.

Но мои мысли в соседней палате, рядом с Кириллом.

Сердце невольно сжимается от тревоги.

Интересно, как он там?

Восстановилось ли его зрение полностью?

Старички снова взрываются хохотом: друг Семёна Семёныча, похоже, выдал очередную искромётную шутку. Я невольно улыбаюсь, но тут же ловлю себя на мысли, что хочу увидеть Кирилла на прощание.

Хоть одним глазком.

Пока они увлечены беседой, решаю тихонько выскользнуть, чтобы украдкой взглянуть на красавчика. Просто убедиться, что с ним всё в порядке.