Книга Образцовый доктор, страница 62 – Татьяна Донченко

Всё это начало доходить до абсурда. Какие-то доли, снова какое-то наследство, какая-то напыщенная, но при этом не уважающая себя тупица, и я… Всё ещё стою здесь и пытаюсь защитить себя и свои отношения с мужчиной. Чувствую, что должна бороться и, что он того стоит, но не до конца понимая нужна ли я ему?

— Эля, ради всего того хорошего, что у нас было, не перечеркивай это грязью, которая у тебя изо рта льется. Тебе лучше уйти.

— Я не уйду просто так. Я все еще не получила свое.

— Как это не получила? И меня и… моего отца… – на лице Кораблева промелькнуло выражение омерзения.

Не представляю, каково это узнать, что женщина с которой ты спал, легла под твоего отца. Какие бы отношения у него ни были с отцом, это за гранью…

— Хочу, чтобы ты окончательно сказал, кому из нас уйти, и хорошенько подумай о том, что я могу тебе дать, и о моем влиянии в компании, и о том, как сильно это может тебе пригодиться. Не будь дураком, – вздохнула она, картинно закатывая глаза. – Так что: я или она?

От неловкости ситуации и разговора я не знала, куда деться. Не верится, что Кораблев связался с такой женщиной. Должно быть, она не первая, кто охотится за его деньгами. Каково ему узнавать, что очередные отношения вскрылись не самым приятным образом, как язва…

Кораблев подошел ко мне, взял за руку. От его тепла я сразу успокоилась, приобрела уверенность, которой мне так не хватало. Сжала его ладонь в ответ: «Я рядом», «Я не способна на это», «Искренне сожалею». Деньги решают многое, но не гарантируют счастье в личной жизни.

— Эль, верни ключи, пожалуйста. – Он проговорил строго и безапелляционно, но затем смягчил тон. – И если тебе нужно объяснение, то с тех пор, как мы вернулись из отпуска и я снова встретил Алену… – он повернулся ко мне. – Для меня больше нет никого. Только она. Она и наша дочь.

— Удачи вам! – прошипела рыжая, бросив последний взгляд на наши сцепленные руки. – Не надейся на распростертые объятия в компании, подонок! Я всем расскажу, как ты воспользовался мной и моим влиянием, чтобы получить долю!

Надменно вскинув подбородок, Эля выскочила из квартиры, дверь хлопнула. А мы остались стоять, ошарашенные тем, что произошло.

Не успели мы выдохнуть, как рыжая снова открыла дверь ключами и всучила их Кораблеву.

— Неблагодарный извращенец! – добавила она, смерив его высокомерным взглядом.

Боже, какая мерзость. Будто роешься в чужом грязном белье. А ведь так и есть. Она опять ушла, хлопнув дверью так, что дрогнул наличник и потолок, оставив после себя шлейф ядовитых слов.

— Она… – я сглотнула сухость в горле, – она и правда способна тебе навредить?

— Если через отца – возможно, – пожал он плечами, будто я спрашивала о чем-то незначительном.

— А почему она назвала тебя неблагодарным?

— То есть «извращенец» тебя не смутил? – усмехнулся он.

— Ну… это я и так знаю.

— Потому что раньше отец не собирался вообще ничего мне оставлять, но… – он криво усмехнулся, думая о чем-то своем, – она слишком много на себя берет. Отец сделает это по другим причинам…

— Я не хочу, чтобы она доставляла тебе проблемы из-за меня.

Ее угрозы и мерзкие слова до сих пор звенели в ушах. И ведь как объяснить, что ничего я не крала, никого не отбивала? Все случилось само собой, криво, как бывает, с болью и обидами.