Книга Я с тебя худею, страница 41 – Татьяна Донченко

«Цензоры» засыпали статьями, постами и обзорами для редактуры, я едва успевала к срокам. Да еще параллельно читала новых авторов из списка, который сбросил Аксенов мне и Мишиной. Мы обе отвечаем за поиск новичков. Уже к ночи я, едва соображая, добиралась до «Мастера Вселенной», но не в силах сосредоточиться — закрывала ноутбук.

Сам Соколов куда-то запропастился и не отвечает на сообщения. В последнем из них я отправила адрес кафе, которое мы арендовали для выпускного и скинула пригласительный.

Клюковка22: Надеюсь, ты помнишь про тематику вечеринки? Чтобы был в костюме!

Сообщение отметилось, как доставленное и прочитанное, но ответа я так и не получила. Хммм, что-то тревожное было в этом молчании.

— И где же твой плюс один? — Маруська словно читает мои мысли.

Я пожимаю плечами и мечтаю поскорее дойти до кафе, сесть и незаметно вынуть ноги из туфель.

— Что-то он не отвечает… — сколько ни смотри на экран, а сообщение от этого все равно не появится.

Маруська как будто снимает с языка:

— Думаешь, он тебя продинамит?

— Даже если так, я не расстроюсь! — выходит неестественно, поэтому я повожу плечами и гордо поднимаю подбородок. — Он сам навязался мне в компанию. Может, даже к лучшему, если он не придет.

Я хоть сама себе поверила?

— Спорим, Сокол молчит специально. Может, он собирается сделать для тебя сюрприз? — в глазах Маруськи плещется смех.

— Ох, надеюсь нет! — вздыхаю я. — Не люблю сюрпризы. И тем более от Соколова.

— Ну, если смотреть по фактам, то «сюрпризы» устраиваешь ему ты, а не он — тебе!

Стас открывает перед нами двери кафе и впускает в холл, чем избавляет меня от необходимости отвечать. Я просто сдержанно улыбаюсь и решаю на будущее поменьше распространяться о том, что происходит со мной в присутствии Соколова. Как так получилось, что только рядом с ним меня эмоционально штормит, тошнит, и мучает эпическая диарея? Не Соколов, а мое личное проклятье какое-то!

Мне хочется отогнать прочь от себя все неприятные мысли и расслабиться. Предвкушение от праздника портится беспокойством за Лешу. Я не рассказывала подруге о той странной женщине, которую мы с ним встретили на парковке. Она просто не выходит у меня из головы. А лицо Соколова, белое как мел, мелькает перед глазами снова и снова.

* * *

Войдя в кафе, мы с Маруськой и Стасом застываем и открываем рты. Помещение украшено плакатами с надписью: «Великий Гетсби», шарами черных, золотистых и белых оттенков. Кто-то открывает дверь и выходит из зала. В холл врывается музыка, от громкости которой у меня звенит в ушах и вибрирует в груди. Я бросаю взгляд на танцпол и ахаю. Платья в духе Чикаго двадцатых годов, костюмы-тройки, бусы и перья. Много перьев. Организацию по защите птиц хватил бы удар!

— Не зря мы скинулись на ивент-менеджера! — к подруге первой возвращается дар речи.

У фотозоны нас встречает пара: мужчина в костюме белоснежного цвета и девушка очень похожая на актрису, исполнившую роль Дейзи Бьюкенен в фильме.

— Лучше б нашли копию ДиКаприо! — ворчит Маруська, принимая из рук Дейзи бокал шампанского.

Но организаторы нашли кое-кого получше. Я узнаю мужчину в белом. Аксенов.

Толкаю подругу и Стаса к фотозоне, а сама не отрываясь смотрю на преподавателя и не понимаю хочу ли я, чтобы он увидел меня или нет. Я вся в черном, а он в белом. Инь и Янь. Как было бы мы здорово смотрелись, если бы были вместе…