Книга Я с тебя худею, страница 43 – Татьяна Донченко

— Ты одна? — простое любопытство Давида вгоняет меня в краску.

Я бы тоже хотела это знать: одна я буду сегодняшним вечером или мой плюс один все-таки объявится.

— Я пришла с друзьями, — тихо отвечаю я и наконец вытаскиваю ноги из туфель.

От облегчения глубоко вздыхаю. Была бы моя воля, я бы весь вечер вот так просидела и выкинула бы туфли к чертям. Впредь буду выбирать только удобную обувь. Кому сдалась эта красота, если я хожу в ней походкой подстреленного оленя?

Стол заставлен закусками, салатами и прочими вкусностями, от запахов которых у меня урчит в животе. Жаль, что мне почти ничего из этого нельзя, кроме мяса и овощей.

— Ты тоже на «Дюкане»? — спрашивает Полина (та, что зовет себя в чатах Пантерой), кивает на мою тарелку с кусочком курицы и листом салата.

— Нет, я на… «Соколове», — с улыбкой отвечаю я, представляя, как бы эти слова порадовали моего куда-то запропастившегося тренера.

— Соколов? — ее черные, густые брови взмывают вверх. — Леша? Который в «Олимпии»?

Киваю и наблюдаю, как Полина меняется в лице, на котором отражается чуть ли не благоговение.

— Ой, он — волшебник! — она манерно кладет руку на сердце. — Я такую задницу с ним накачала! Ты у него тренишь?

— Что-то вроде того… — курица, которую я ем, похоже, умерла собственной смертью. От старости. Вообще не жуется! Я незаметно выплевываю кусок в салфетку и отодвигаю от себя тарелку. М-да, я сегодня ничего так и не съем.

— Он меня нарисовал как-то, — Полина бесстыдно подергивает бровями и добавляет тише: — Голой!

Вот, что мне делать с этой информацией?

Показываю «класс» и натянуто улыбаюсь. Все внутри как-то неприятно щемит. Мысленно отбрасываю прочь картинки с Полиной и Соколовым, которые в красках рисует моя фантазия.

— Против кого дружим? — к нам подходит Аксенов. Садится прямо напротив меня. Я мгновенно забываю обо всем. — Жалею, что вызвался добровольцем, мы с Оленькой уже с ног валимся!

Потребовалось время, чтобы понять кто такая Оленька, а когда вспоминаю о его напарнице красавице «Бьюкенен» мне становится дурно.

— Присоединяйтесь к нам, Виктор Максимович, — хлопает ресницами Полина, — нам тут без вас грустно. Зачем вам эта ряженая кукла из театра?

Преподаватель понимающе улыбается, но не выступает в защиту Оленьки.

— Зачем вам я? Отдыхайте, наслаждайтесь вечером.

— Отдохнешь тут, как же! — Полина косится на Давида, который оживленно спорит с несколькими «Цензорами», заступаясь за автора, книга которого взята на обзор ребятами. — Наш доблестный рыцарь разгорячился.

— Ну, хоть кто-то не дает вам рвать в клочья бедных авторов, — снисходительно усмехается Аксенов и смотрит на меня. — Нам бы побольше тех, кто заступается за таланты.

— А надо? — Полина хмурит нос. — Наша миссия — критика, разве нет?

— Наша миссия — давать объективную оценку.

— Ну, мы не же только разносим авторов…

— В последних трех обзорах — в щепки! — смеется Аксенов и опять смотрит на меня и мне льстит его внимание. — К нам перестанут обращаться, если мы будем давать лишь отрицательную оценку.

— По-вашему «Коучинг для чайников» заслуживает похвалы? Это же бред дилетанта! — она обращается ко мне. — Олеся, ты же редактировала его текст, вот и скажи.

Теперь и она и Аксенов смотрят на меня, выжидая. Мне хочется спрятаться и не участвовать в споре. Текст в самом деле был средний, пришлось долго возиться, делать кучу правок. Почему эта книга стала в итоге бестселлером — большая загадка. Но я не хочу выступать на стороне Пантеры.