Книга Я с тебя худею, страница 74 – Татьяна Донченко

— Главное, по дороге не нарваться на ДПС и алкотестер. — Его губы расплываются в улыбке, когда до меня доходит смысл его слов и я морщу нос. Он смеется и легонько щелкает пальцами по самому его кончику. — По-любому покажет, что я в хлам!

— Да, взгляд у тебя, если честно, немного расфокусированный, — подначиваю его я, крутя пальцами вокруг своих висков и изображая безумие.

— О, какие слова мы выговариваем! — дразнит он и щиплет меня за бок.

Я взвизгиваю и стучу его ладонью по плечу. Леша начинает щекотать меня, а я извиваюсь, уворачиваюсь и хохочу. Мы дурачимся как дети, я не могу выбраться из хватки Соколова и пищу сквозь смех:

— Прекрати, не то я описаюсь!

— О! Что-то новенькое! — он останавливается, в его глазах плещется веселье. — Такого с тобой при мне еще не было.

— Дурак! — снова собираюсь шлепнуть его по плечу.

Соколов перехватывает мою руку, крепко держит за кисть. Мы оба часто дышим, запыхавшись после дурачества, и смотрим друг на друга не отрываясь. А потом одновременно, не сговариваясь, набрасываемся друг на друга в еще одном поцелуе.

* * *

Я просыпаюсь от того, что машина плавно останавливается, шурша колесами. Приятное успокаивающее рычание мотора затихает, и я открываю глаза. Мы приехали к воротам моего дома. На улице уже рассвело.

— Блин, я что уснула? — потирая щеку, часто моргаю, отгоняя от себя остатки сна.

— Да, — Леша поворачивается ко мне, по его лицу расползается озорная улыбка. — Ты храпела.

Я широко распахиваю глаза и в ужасе смотрю на него. Сон как рукой сняло.

— Плюс один пункт в список того, от чего любой нормальный парень убежал бы прочь, — бормочу я, ерзая на сиденье. Зря не согласилась вернуться в бар или не искала по дороге кустики, а настояла на том, чтобы поехать домой.

— Значит я — ненормальный, — Соколов смотрит на меня с хитрой ухмылкой и придвигается ближе, но замечает, что я дергаюсь. — А вот ты беги, Ермакова! — он смеется, а у меня мурашки по спине от его приятного смеха. Хочется слушать и слушать его, но не могу выключить дурацкую физиологию. — Иначе мы добавим еще один пункт в твой список.

Я киваю, берусь за ручку, но прежде чем открыть дверь оборачиваюсь:

— А ты меня дождешься?

— А надо?

Я едва не выпаливаю «да», но сдерживаю порыв и закусываю губы. Не могу признаться, что не готова расстаться с ним сегодня.

— Иди уже, я буду здесь. — Он откидывается на подголовник, закрывает глаза, но улыбка никуда не исчезает с его лица, а становится только шире. — Думаешь, Я хочу, чтобы лучшее свидание в моей жизни заканчивалось?

— Это не свидание! — чересчур резко и неправдоподобно ворчу я и бросаюсь к двери. Только бы он не видел, как загорелись мои глаза от его последних слов.

— Интересно, когда я буду надевать кольцо тебе на палец, ты также будешь отнекиваться и говорить, что это не то, чем кажется?

Выхожу и показываю ему средний палец. Соколов заливисто смеется. Я громко захлопываю дверь. Чересчур громко. Бегу домой с одним единственным желанием — поскорей вернуться.

Милаш встречает меня и скачет взад-вперед по веранде.

— Сейчас погуляем, — обещаю я, потрепав его за ухом, он лижет мне руку. — Я скоро!

Бегу в туалет и мысленно посылаю благодарности в космос за то, что у меня достаточно крепкий мочевой пузырь, чтобы не превратить этот вечер в катастрофу. Точнее, утро.