Книга Измена. Подарок на годовщину, страница 4 – Татьяна Тэя

— Иди Марк.

— Ты скоро?

— Скоро, — успокаиваю его.

Он уходит, а я сбегаю вниз по лестнице к выходу. Сейчас конец августа и плотные тёплые сумерки опускаются на город.

Я смотрю под ноги, чтобы нечаянно не пропустить ступеньку. На мне туфли на высоком каблуке, и я, честно, отвыкла от такой высоты. Обычно бегаю в кроссовках, да и букеты особо на шпильке не покрутишь. А я, признаться, люблю сама встать за прилавок.

Бум… налетаю на чьё-то твёрдое тело.

— Алиса? — сильные руки помогают сохранить равновесие.

— Юрий Валерьевич, — киваю начальнику мужа.

Именно Волжский два месяц назад перевёл Антона с должности операционного директора на должность коммерческого. Это отразилось и на наших финансах, хотя мы никогда особо не бедствовали, и на его мировосприятии, как оказалось.

Мой муж решил, что ему всё можно. И всё дозволено.

— Всё в порядке? Проводить вас в зал? Ногу не подвернули? Такие туфли у вас красивые, — делает внезапный и слегка странный комплимент.

— Спасибо. Всё в порядке. Не надо.

— Там вас Антон, наверное, заждался.

— Он? Заждался? — усмехаюсь зло. — Это навряд ли. Вы бы, конечно, подумали в конце испытательного срока, оставлять ли Антона на новой перспективной должности. А то ему совсем крышу снесло. Скоро шлюх на рабочее место будет заказывать. Вы уж там аккуратнее, — прорывает меня.

А после думаю: зачем я это всё ему говорю? Кто выглядит некрасиво — так только я.

Точно скажут, что надо в дурку запихнуть.

Отвожу взгляд от нахмуренного лица Волжского и краснею. Красивый мужик, на пару лет постарше меня, уверенный и спокойный. В разводе лет десять, постоянным отношениями себя не обременяет, а значит, бабских истерик терпеть не привык.

Подумает ещё, что я — дура ненормальная.

Размашистой походкой выхожу за двери ресторана. Но спиной чувствую взгляд Юрия.

И зачем я это всё вывалила ему на голову?

Администратор сообщает мне, что пришёл сын. Я выхожу в зал цветочного магазина, тут всегда свежо и пахнет растениями и землёй.

Два дня я не появлялась дома. Сняла номер в гостинице и взяла паузу, только раз в квартиру заехала за нужными вещами.

— Мама, — Марк подходит ко мне, чтобы обнять. — Что за ерунда происходит между тобой и отцом? Я уже ничего не понимаю.

Его голос дрожит от волнения. Он выглядит обеспокоенным, и я чувствую, как моё сердце сжимается.

— Привет, мой хороший, — стараюсь улыбнуться, хотя внутри меня бушует буря. — Что ты здесь делаешь? Тебя папа подослал?

Он смотрит на меня с тревогой, и я вижу, как он подбирает слова.

— Нет, я сам, но он пытался. Говорит, у тебя нервный срыв и надо врачу показать. Говорит, в молодости такое уже было.

Я вспыхиваю возмущённо! Что за убогие фантазии! Неужели готовит почву, чтобы реально отправить меня к психиатру?

— Честно, я ему даже поверил на какое-то мгновение, — продолжает Марк, — вспомнил, какой взбудораженной ты была на вашей годовщине, но, когда пытаюсь понять, из-за чего это всё, причин не нахожу.

Замечая любопытный взгляд продавца, кивком указываю на свой кабинет Марку.

Только за закрытыми дверьми могу говорить свободно. Не хочу, чтобы обстоятельства моей жизни, особенно личной жизни, обсуждал персонал.

— Я волнуюсь за тебя, — говорит Марк. — Папа волнуется.

— Волнуется? — произношу я с сарказмом. — Серьёзно? Он о себе волнуется. И о том, что ему пришлось оправдывать моё внезапное исчезновение перед гостями.