Книга Булочка для генерала, или... Во всем виноваты ландыши!, страница 14 – Елена Сергеева

Два года спустя.

Просыпаюсь от того, что кто-то настойчиво тычется мокрым носом мне в руку.

— Барон, отстань, — мычу я, пытаясь зарыться лицом в подушку и снова провалиться в лапы Морфея.

Пес не отстает. Он тихо поскуливает и продолжает свои попытки поднять меня на ноги. В тот самый момент, когда при всей своей любви к Барону я готова его придушить, до меня доносится другой громкий требовательный звук.

— Макс проснулся, — констатирую я, не открывая глаз и понимая, что лафа закончилась. Если проснулся сын — вся казарма встает на голову.

— Уже иду, — с облегчением слышу голос Виктора.

Он уже на ногах. Генеральская выправка не позволяет ему валяться в кровати после шести утра, даже в выходной.

Приоткрываю один глаз и наблюдаю, как мой муж идет в соседнюю комнату, откуда доносится требовательный рев нашего шестимесячного сына.

Через минуту плач стихает, сменяясь довольным гулением. Я улыбаюсь и снова проваливаюсь в сон.

Второй раз просыпаюсь от запаха кофе и еще чего-то вкусного.

Открываю глаза. На кровати, прямо передо мной, лежит огромный букет... нет не ландышей, как в нашу первую встречу, а искусственных цветов с манящими блестящими обертками конфет, а рядом — поднос с завтраком: круассаны, фрукты, омлет, йогурт, сок и кофе.

— Виктор, — зову я.

Он появляется в дверях. В одной руке у него игрушка, в другой — наш сын. Максимка сияет беззубым ртом: он обожает отца и строит его как рядового.

— С праздником, жена, — поздравляет Виктор и улыбается во все тридцать два зуба.

— Ты неподражаем, — я киваю на букет и завтрак.

Максимка тянет ко мне руки, и я забираю его. Он пахнет молоком, детским кремом и счастьем. Я целую его в макушку, потом смотрю на Виктора.

— Иди к нам.

Он подходит, садится на край кровати, обнимает нас обоих. Я утыкаюсь носом ему в шею. Хорошо. Как же хорошо.

— Спасибо, — шепчу я, расчувствовавшись.

— За что?

— За все! Но главное — за то, что два года назад не побоялся прийти снова. Даже после того, как я тебя прогнала.

Он смеется.

— Алиса, я понял в тот момент, когда ты открыла дверь, что ты моя женщина.

— Дальнозоркий ты мой, — шепчу я и целую его.

Максимка верещит, пытаясь участвовать в процессе, и цепляется мне в рубашку своими ручками.

— Сын требует внимания, — констатирует Виктор.

— Сын требует есть, — поправляю я, потому что Максимка уже откровенно тычется ртом в мою ключицу, ища грудь. — Подвинь поднос, а то он его перевернет. Он такой же нетерпеливый, как ты.

— Есть, товарищ жена.

Мы завтракаем втроем. Я кормлю Максима, Виктор кормит меня и себя. Барон сидит рядом и преданно смотрит, надеясь, что и ему тоже что-то перепадет.

— Кстати, — говорит Виктор. — У меня для тебя еще один подарок.

— Еще один? Виктор, мы договаривались без фанатизма.

— Это не фанатизм. Это забота.

Он достает из кармана халата конверт и протягивает мне. Я открываю и вижу сертификат на спа-процедуры на сегодня, на полдня.

— Виктор, а Максим?

— Я с ним. Мы уже все обсудили, правда, сын?

Максимка радостно гулит.

— Ты серьезно? До вечера одна?

— Да. Иди, расслабься. Ты заслужила. Ты столько терпела меня, потом беременность, роды, бессонные ночи... Тебе нужен отдых.

Я смотрю на него и чувствую, как глаза начинает щипать. Гормоны, чтоб их. Хотя прошло уже полгода, а они все еще шалят.