Книга Между правдой и ложью, страница 1 – Ольга Рог

— Сонь, не знаю, как сказать, — Глеб подошел незаметно, материализовавшись рядом, будто джин, вытекший из тех палочек благовоний, что дымятся на каминной полке. Присел. Руки сцепил в замок. Поза напряженная, с упавшей головой на грудь.

Она подняла взгляд от монитора ноутбука. В каре-зеленых глазах еще мелькали цифры и таблицы. Смысл его посыла непонятен, но уже возникает подозрение на подвох, гребаный армагедонец… Означающий конец спокойной и размеренной жизни. Чего Глеб медлит? Если не знаешь, каким орудием ударить по голове, выбери то, что вырубит сразу…

— Скажи просто, — облизнула сухие губы, сняв специальные компьютерные очки и прикусив губами одну душку. Смотрела на мужа в ожидании. В ее глазах вспыхнул огонек тревоги.

Глеб медлил, тянул, словно набирался сил. Сделал головой «почетный» круг, хрустнув позвонками шеи.

— Агата и Артем разводятся… Сонь, ты должна об этом знать, — прикоснулся к шраму над правой бровью, проведя указательным пальцем по линии застарелых обид.

— Понятно, — выдохнула она и хлопнула крышкой ноутбука. — Но, разве… Разве, это нас как-то касается?

Пять лет назад.

— С ним я стала собой! Понимаешь? С Артемом не нужно себя контролировать и казаться хорошей, не нужно продумывать, процеживать каждое слово. У нас столько общего, — красивая шатенка заломила руки, как кающаяся Мария Магдалена и была прекрасна в своем искреннем раскаяние… Тем, что убивает наотмашь, парализует, как подлый укус ядовитой змеи. Трогательная хрупкая, с рубиновым оттенком волос и голубыми глазами, трещала без умолку, пытаясь себя оправдать. Найти «отбеливатель» для зловонного слова — измена.

— Мы можем встречать рассвет на крыше, держась за руки. Мы любим оба горький шоколад и коньяк. Американские гонки и комедии. С тобой бы я покрылась плесенью от тоски, Глеб. Ты слишком правильный, слишком рациональный. Не даешь мне вздохнуть своими ограничениями: «Агата, это вредно! Агата, завтра у тебя будет болеть голова…» — она передразнила его, скорчив милое личико. — Ты задолбал со своими советами! Достал до печенок. И только с Темой я начала свободно дышать, — вскинув голову, с гордостью посмотрела на угрюмо вздыхающего нового избранника.

Комната стала тесна для четверых. Для тех, кто считался друзьями. Две красивые пары… Где двое создали коалицию, чтобы потопить остальных.

София хлопала глазами, не до конца понимая, что происходит. Ее любимый парень и подруга сказали, что будет сюрприз. В каком месте нужно смеяться?

Рядом сидел, оглушенный их признанием жених Агаты.

— Давно это у вас? — голос у Глеба глухой, будто доносится из зияющей пустоты откуда-то снизу, как рык у зверя, карабкающегося со дна ямы.

— Три месяца, — пряча глаза, ответил Артем Герасимов. — Прости, друг… Я. Мы… Пытались бороться с этим чувством, но оно гораздо сильнее нас. Пора прекратить этот цирк, и признаться.

Его заметно потряхивало, как преступника перед оглашением приговора в суде. Они с Агатой обманывали их. Пытались обмануть себя. Артем с некой жалостью взглянул на свою бывшую, которая до этого момента ни о чем не подозревала. Планировала с ним дом, детей, собаку. Все по полочкам. К тридцати годам закрыть ипотеку. Его мятежная душа хотела другого… В темных антрацитовых глазах читалась нескрываемая боль, умноженная на презрение к самому себе за то, что позволил этому случиться. Оказался слаб, не потянул девушку, которую одобрили его родители, как «хорошую». Тянет к Агате, хоть ноги себе отрезай… И то, что немного выше. Крышу сносит от секса с чертовкой, кровь кипит, выжигая все принципы и нормы морали.