Книга Контракт на любовь, страница 26 – Лолита Моро

Печеночный паштет, наверняка авторства Тамары Николаевны, был выше всех сравнений и эпитетов. Я ел.

— Чем же ты был занят? — притворно удивилась малютка Диана.

— Чем? — я переспросил, пытаясь унять вновь закипающую злость. Откусил слишком большой кусок хлеба с паштетом и огурцом. Закашлялся.

Дианочка страшно разволновалась и даже стучала меня по спине кулачком. Я запил кашель сладким крепким чаем.

— Так чем же ты был занят?

Она села рядышком и заглядывала в мое пылающее лицо.

— Я вынул из своих штанов две сотни рук! Я закрывался от мокрых губ и языков. Я повернуться не мог, сразу у какой-нибудь нимфетки падал лифчик! Я ладонь спокойно не мог положить на стол или стул!

— Почему? — малютка Ди рыдала от смеха и спрашивала, икая.

— Потому что сразу чья-нибудь задница в стрингах или без усаживалась на руку или сразу на меня! это совсем не так здорово, как кажется девицам и уж совсем не смешно. Я руки замучался мыть!

Я встал, запустил обе руки по локоть в брюки и хватал себя за ноги. Орлова упала лбом в скатерть и тихо выла.

— Я наплевал на все и спрятался в комнате, заперся на ключ и завалился спать!

— Перестань, умоляю! — смеялась Дианочка.

— Смеешься? А у меня там синяки! Показать? — я почти рычал.

— Покажи, — она неожиданно выпрямилась и уставилась на меня мокрыми глазами.

Я вытащил руки наружу и показал девушке фигу:

— Обойдешься. Ты подставила меня под этот детский бардак. Признайся честно: хотела на малолетке меня поймать? Или на сеструхе? Или на другой застукать? Как же мне все надоело!

Я допил свой чай. Есть больше не стал. Хватит. Спать пора. Я встал.

Неожиданно Диана обняла меня за шею и поцеловала. И следом еще раз, но уже плотно, по-настоящему. Я опешил. Что она снова задумала? Нет уж. Нет секса и не надо.

Я аккуратно снял с себя тонкие женские руки. Отодвинулся и поклонился.

— Спасибо за чай. Спокойной ночи.

Я ушел. Или сбежал, я не понял.

Но она не угомонилась. Я видел в светлом проеме своей двери, как Ди возникла на пороге. Задумалась. И спросила:

— Белов, ты спишь?

Я выждал паузу. Потом сказал:

— Я сплю. Уходи.

И она не сразу ушла. Потопталась минут несколько. Может быть, ждала, что я передумаю. Или мечтала решиться насильно забраться ко мне в постель, да так и не решилась. В любом случае Дианочка поступила верно. Я все равно ее выставил бы. Слишком был зол на нее. Слишком долго она гоняла меня от себя. Я привык и ничего менять уже не буду.

Тамара подняла меня рано. Оказывается, мы с хозяйкой сегодня отправляемся на морскую прогулку. Утро пасмурное, ветер.

— Тебя в море не укачивает? — спросила Тома, глядя на меня с материнской жалостью.

— Нет, — ответил я хмуро. — меня нигде не укачивает.

— Послушай, что я тебе скажу, — заговорила она, вставая широкой спиной к глазку камеры в столовой.

Я приподнял бровь в вопросе. Я уже знал, что камеры рассовал везде отец Дианочки. А сам рассорился с дочерью в пух и прах, и в доме этом, кроме самого первого раза, не появлялся. Я не вникал, но взаимоотношения в семье мне постичь пока не удалось.

Я взял столовый нож, встал на стул и срезал черную точку из гнезда.

— Надоело, — прокомментировал свой поступок.

— Диана ругаться будет, — шепотом сообщила горничная.

— Переживем, — улыбнулся я. подмигнул. — Начинай, дорогая.