Книга Сердце для киборга, страница 44 – Мари Са

— Ох! Какая! — мужчина прикусывает вершинку соска, другой сжимает между пальцами. — Любишь когда по жестче? Ты очень плохая девочка. Ведь так?!

Лейла уже ничего не соображает. Огненный ком, растущий внутри, требует выхода. Какого-то облегчения. И интуитивно она понимает, что это облегчение сможет ей принести только он. Этот суровый, грубый мужчина, сейчас возвышающийся над ней горой, придавливающий всей своей массой к кожаному сидению, терзающий ее грудь. Внезапно оказавшуюся невероятно чувствительной.

— И сколько же их было?! Мужиков, которым ты позволяла делать так же?

Вопрос застает врасплох. Так же, как и внезапная злость в до этого довольном урчащем голосе. Сладкая пытка внезапно прекращается.

— Не хочешь ответить?

Сейчас?! Сейчас она хочет только одного, чтобы он продолжил. Но просить об этом невероятно стыдно. Поэтому девушка сжимает губы и не произносит ни слова. Он же воспринимает ее молчание по-своему. Мужские пальцы с силой впиваются в мягкое девичье плечо, но он и сам не замечает, что тем самым причиняет ей боль. Потому что у него внутри сейчас бушует настоящая буря. Хотя, конечно же, на лице не отражается ни единой эмоции.

— Неужели их было так много?!

Легкая усмешка кривит жесткое мужское лицо, а Лейла вздыхает. Как они к этому пришли? А ведь все так хорошо начиналось. Впрочем, так даже лучше. Хмель немного выветривается, и она начинает лучше соображать. Помимо похоти включаются и другие более полезные инстинкты. Например, гордость. Его слова задевают ее за живое. С какой стати она должна перед ним отчитываться. Кто он такой? Простой охранник. А ведь она чуть было с ним не переспала. Какой позор. Подобным Лейла не занималась ни разу в жизни.

Невольно ежится, пытаясь прикрыть обнаженную грудь, свести ноги, но мужчина лишь сильнее вклинивается между ними своим телом. Волна желания отступает так же быстро, как захлестнула до этого. Оставляя за собой только стыд и острое чувство унижения. Почему унижения? Девушка и сама не может понять. Ведь ее никто не принуждал.

— Слезь с меня, немедленно!

— Ты разве забыла, что я говорил? — мужчина наклоняется ниже, буквально замораживая своим взглядом. — Даже если попросишь — уже не смогу остановиться. Раньше надо было думать!

— Это не просьба! Это приказ! — выпаливает зло.

Но ее больше никто не слушает. Дикий, жадный поцелуй накрывает с головой. Он не похож на остальные. Игры закончились, и теперь все по серьезному. А она так не привыкла. Она привыкла, что всегда можно повернуть на полпути, передумать и даже избежать наказания. Она не привыкла, когда что-то идет не по плану. А сейчас в темном салоне внедорожника не по плану идет все.

— Пусти! — шипит зло, на грани отчаяния.

Пытается вывернуться, бьет кулаками наотмашь, но ее лишь сильнее вжимают в сидение, припечатывают стальной хваткой. Так что даже шевельнуться становится невозможным. А потом вновь начинают целовать, настойчиво, почти даже грубо. Ведут горячими губами по голой коже и это ощущается так… остро. Девушку начинает трясти мелкой дрожью. А паника наравне с чувством подчинения дает совершенно противоположный ожидаемому эффект. Внутри с новой силой вспыхивает пожар.

Лейла замирает, прислушиваясь к собственным чувствам, пытаясь понять и объяснить. Хватка на ее запястьях ослабевает. А руки жадные, мужские с еще большим чем ранее рвением начинают скользить по всему телу. Губы смыкаются на ее губах, влажный язык проникает внутрь. Он такой горячий и от его ощущения в собственном рту начинает покалывать где-то внизу живота, спускаясь все ниже и ниже.