Книга Ты мое наваждение, страница 16 – Мари Са

Мы едим мороженное, за которое заплатила я. А чего еще я ждала? Что бывший муж как-то измениться? Очень глупо и наивно. Люди не меняются по щелчку. Для этого нужен серьезный повод. А у Олега, похоже, его нет. Мы для него не повод, чтобы начать меняться.

Побродив по парку, Славик начинает проситься домой. Но Олег уговаривает нас на совместное фото. Мы все втроем встаем к забавной фигурке медведя, и фотограф дает команду. Замереть и улыбаться. В самый последний момент Олег опускает руку на мое плечо и притягивает к себе. А я не дергаюсь, чтобы не испортить кадр.

Пускай, Слава сейчас принимает отца в штыки. Но, возможно, со временем это изменится. Возможно, в будущем они даже найдут общий язык. И эти детские воспоминания. Совместное фото с родителями — важны для ребенка. Я делаю это не для себя, а для сына.

Мы наконец прощаемся. Берем такси и уезжаем. У Олега есть своя машина. Но он внезапно начинает торопиться по делам. А заставлять его нас подвозить, я не собираюсь. Я вижу, что не только нам с сыном неловко рядом с ним. Что ему тоже не доставляет особого удовольствия бродить тут с нами. И зачем, спрашивается, предлагал? Я ведь не сама ему это навязала. Но ощущения складываются именно такие.

— А дядя Руслан когда вернется? — тут же спрашивает в машине сын.

Он очень привязался к этому озорному мальчишке. Ведь Рус и сам порой готов подурачиться, прямо как ребенок. И это еще один пунктик почему наши отношения не имеют будущего. Два ребенка мне не нужны. Мне одного достаточно.

— Завтра вечером приезжает, — отвечаю сыну.

— Здорово! А мы куда-нибудь сходим.

— Не думаю, — качаю головой, — он скорее всего поздно вернется, — да и устанет. Ты же сам понимаешь.

— Угу, — тут же сникает ребенок.

— Ну, что ты расстроился? — тереблю пушистую макушку, — разве тебе не понравилось сегодня с папой?

— Мороженое было вкусным, — отвечает ребенок.

— Разве не было бы здорово, если бы мы встречались так почаще?

Не хочу давить, но хочу понять, что чувствует Слава. Как мне дальше поступать в этой ситуации. Пытаться ли сблизить его с отцом. А если Олег снова нас куда-нибудь позовет? Соглашаться или нет?

— Нет, — бубнит себе под нос сын, — я не хочу больше встречаться с ним. Мама, а можно моим папой станет дядя Руслан?

Едва не закашливаюсь. Бросаю косой взгляд на водителя. Но музыка играет, и он вряд ли слышит наш шепот на заднем сидении.

— Нет, конечно, — почему я избегаю взгляда ребенка? Почему слова даются так тяжело? Я ведь уже все решила, — понимаешь, малыш, папа у ребенка может быть только один. Родной отец. Заменить его не получится.

— Но почему? — не отстает он, — дядя Руслан мне нравится гораздо больше. Он такой клевый и вообще… Он тебя не бросал!

Ахаю. Даже слов для ответа сразу не находится. Когда мой ребенок успел так повзрослеть? Казалось еще недавно за ручку в садик пошли. А теперь он задает неудобные вопросы. Да, и вообще, начинает рассуждать как взрослый. Это школа так влияет?

— Слав, тебе не кажется, что эта тема не для обсуждения в такси?

— Ты права, — кивает он по-взрослому головой.

Моя хитрость удается. Раз он считает себя уже таким взрослым, то и вести надо себя с ним соответствующе. А если просто встану в позу и заупрямлюсь, то он заупрямится в ответ. Как же не просто дается материнство. Особенно когда рядом нет крепкого мужского плеча.