Книга Я растопчу ваш светский рай, страница 141 – Натали Карамель

Музыку новой жизни, которая только начиналась.

Они выступили на рассвете.

Солнце только начало золотить верхушки мачт в порту, когда повозка, гружёная припасами, выкатилась со двора «Рыбы и Якоря». Геля обернулась, посмотрела на закрытые ставни, на тёмные окна, за которыми осталась её прежняя жизнь.

— Не жалеешь? — спросила Илания, сидевшая рядом.

— Нет, — ответила Геля твёрдо. — Странно только. Двадцать три года здесь прожила, а уезжаю — и ни одной слезы.

— Значит, правильно едешь.

Альдор пришпорил коня, выезжая вперёд. Алесий натянул поводья, и повозка покатилась по мостовой, грохоча колёсами по камням.

Порт Креп оставался за спиной.

Первые три дня дорога была спокойной.

Тракт тянулся вдоль побережья, справа шумело море, слева поднимались невысокие холмы. Встречные обозы, редкие деревни, постоялые дворы — обычная жизнь, которая текла мимо, не задевая.

Илания сидела в повозке, прикрыв глаза, и чувствовала.

Теперь это было не просто обострённое восприятие — это было зрение. Новое зрение, открывшееся после камня. Она видела магию везде — в земле под копытами лошадей, в воде ручьёв, в воздухе, в людях, попадавшихся навстречу.

В большинстве людей магии не было. Совсем. Пустые сосуды, даже не знающие, что когда-то их предки могли творить чудеса. Но иногда — редко, очень редко — она замечала слабый отблеск. У крестьянки, полощущей бельё. У мальчишки, пасущего коз. У старого нищего у дороги.

Искорки. Осколки. Память о том, что было.

— Ты видишь, тех в ком магия? — тихо спросила Геля, сидевшая рядом

— Да, а ты видишь?

— Нет. — Геля покачала головой. — Но чувствую. Ты когда смотришь, сама светишься чуть-чуть. Я научилась замечать.

Илания открыла глаза, посмотрела на неё с новым интересом.

— Ты быстро учишься.

— А мне всю жизнь приходилось, — усмехнулась Геля. — Сама знаешь, баба в порту без учёбы — покойница.

— Хочешь, научу большему?

Геля замерла. В зелёных глазах мелькнуло что-то — надежда, страх, жадное любопытство.

— Научишь?

— Если готова.

— Я готова. — Геля выдохнула. — Я всю жизнь готова была. Только некому было учить.

— Тогда начнём прямо сейчас.

Илания учила Гелю чувствовать.

Не двигать предметы — это она умела и так. Чувствовать. Различать оттенки магии, видеть, где сила течёт свободно, а где застревает, образуя узлы.

— У тебя дар сильный, — говорила она, пока повозка мерно покачивалась на ухабах. — Но ты используешь его как мышцу. Напряглась — двинула. А надо как реку. Надо чувствовать русло.

Геля сидела с закрытыми глазами, сосредоточенно морща лоб.

— Ничего не чувствую, кроме тряски.

— Не слушай тело. Слушай внутри. Там, где тепло, когда ты двигаешь кружку. Где это тепло живёт?

— В груди, — неуверенно сказала Геля. — Будто уголёк.

— Хорошо. Теперь представь, что этот уголёк не просто греет — он светит. И этим светом ты можешь освещать дорогу внутри себя.

Геля молчала долго. Потом вдруг распахнула глаза.

— Я вижу, — прошептала она. — Боги, я вижу. Там, внутри… ниточки. Светящиеся. Они везде.

— Где именно?

— В руках. В ногах. В голове. — Геля водила руками, будто ощупывая воздух. — И наружу тянутся. К земле, к небу, к тебе…

— Не открывай глаза, — велела Илания. — Смотри дальше. Видишь, где ниточки толще, где тоньше? Где пульсирует, а где замерло?