Книга Я растопчу ваш светский рай, страница 17 – Натали Карамель

— Значит, используем его. План «Призрачный поезд».

Ирина посмотрела на сгущающееся марево. Тактический ум, освобождённый от пут приказа, работал со скоростью света. Они не могли отключить маяк. Но они могли… перенаправить его.

— Кирилл, взламывай ядро управления станцией. Нам нужно получить ручной контроль над системой аварийного сброса грузовых модулей. Гром, Саша — выдвигайтесь в крыло «Б». Выносите «обнулённых» к грузовому шлюзу в ангаре «Эпсилон». Используйте всё, что катится, как носилки. Вера, готовь выживших к переходу. Будет быстро и жёстко.

— А ты? — спросила Вера, уже хватая свой медицинский комплект.

Ирина повернулась к шаттлу «Призрак». Над ним теперь колыхался целый клубок фазовых щупалец. Она чувствовала их голод, их боль, их примитивную ярость.

— Я дам им спектакль, — сказала она, и синий свет вокруг её рук вспыхнул, становясь ослепительно-белым. — Маяк нельзя погасить. Но его можно передвинуть. Я перенаправлю его энергию, создав энергетического «двойника» — фантом с той же сигнатурой. И поведу этого «Призрака» на прогулку по дальним тоннелям. Пока сущности гоняются за миражом, вы эвакуируетесь.

— Они идут на чистый резонанс, а не на железо! — выдохнул Кирилл. — Фантом будет той же частоты! Они клюнут! Но это безумие! Удержать такой объём… Они тебя разорвут!

— Значит, не буду долго удерживать, — Ирина усмехнулась — впервые за долгое время это была настоящая, дерзкая улыбка воина, поставившего всё на одну атаку. — Ровно до того момента, как вы все будете в шаттле. Затем я обрублю. Фантом без подпитки будет приманкой еще минут десять. Этого времени мне будет достаточно, чтобы вернуться к вам. Если не успею — уходите без меня. Приказ «Репка» должен быть выполнен хоть кем-то — но не так, как хочет Корвин. Вы будете доказательством.

Её сознание погружалось в бушующее море чужой энергии, чтобы выковать из него приманку. В этот миг, отрезав себя от системы, присяги и прошлого, Ирина Зорина впервые за долгие годы была абсолютно свободна. И этой свободой она собиралась взорвать ад, в который их загнали.

План «Призрачный поезд» стартовал с бесшумной, отточенной синхронностью. Это было их последнее совместное дело — и они работали как идеальный механизм, все шестерёнки которого знали друг друга наизусть.

Кирилл, укрывшись за консолью, взламывал систему. Его пальцы, словно, не касались интерфейса — они были его продолжением, они убеждали, заискивали, угрожали древнему коду станции. Через три минуты он выдал хриплое «Есть!» — и на их внутренних дисплеях вспыхнула схема грузовых шлюзов. Контроль был захвачен.

Гром и Саша растворились в коридорах, ведущих в крыло «Б». Их миссия была самой физически тяжёлой и самой мрачной — тащить на себе тела, в которых не осталось ничего, кроме автоматического дыхания. Но они шли, потому что приказ их командира был единственным, что имело смысл.

Вера собрала выживших учёных. Ни истерик, ни паники. Только короткие, чёткие указания: «Берёшь только то, что поместится в карман. Держаться за того, кто впереди. Бежать, когда скажу». В её голосе была та же сталь, что лечила раны на поле боя. Это успокаивало больше любых слов.

А в центре атриума, перед шаттлом-маяком, стояла Ирина.

Энергия шаттла била в неё, как молот по наковальне. Она впустила этот раскалённый поток внутрь, превратив свои энергоканалы в жёсткую матрицу-лекало. Не для поглощения — для переплавки. Она вытягивала из шаттла сырую силу и отливала из неё зеркальное отражение — энергетического двойника, фантом с идентичной резонансной сигнатурой.