Книга Двуликие, страница 112 – Анна Шнайдер

С минуту император рассматривал этот цветок, а потом, словно решившись, надел его на шею. Ласково погладил ладонью будто бы затрепетавшие лепестки и произнёс, печально улыбаясь:

— Не волнуйся, Риш. Всё будет хорошо. Я не обижу твою девочку.

Он не видел, как на секунду вспыхнул ярко-алым лежавший в верхнем ящике стола амулет Жизни.

Вспыхнул, будто принимая клятву…

Шайна Тарс

Утро субботы стало сущим кошмаром. Дин старательно меня игнорировала, Мирра разрывалась между солидарностью с подругой и сочувствием ко мне, и все втроём мы пытались сделать так, чтобы ни принцесса, ни Эван ничего не заметили. Причём не сговариваясь.

Я была благодарна за это девочкам. Мне бы не хотелось, чтобы история о том, как я прокляла магистра Дарха, разлетелась по академии. Мне было плевать, что скажут и подумают обо мне, но Эмирин с Дрейком этого не заслуживали.

Сразу после завтрака я отделилась от Эвана и девочек, даже не поинтересовавшись, чем они будут заниматься, и поспешила в город — к матушке Розе. Мне было необходимо увидеть её родное лицо, услышать полный иронии голос, чтобы успокоиться окончательно.

Я пришла как раз вовремя. Был почти полдень, и матушка уже встала. Да и некоторые девочки тоже. Многие днём уходили из борделя по делам, возвращаясь к ночи, и полдень был своеобразной точкой отсчёта.

Я по очереди обняла всех бодрствующих, радостно улыбаясь и заверяя, что у меня всё прекрасно, и слушая в ответ многочисленные комплименты о том, какая я молодец и как замечательно выгляжу. А потом матушка Роза оторвала меня от обмена восхвалениями и потащила на кухню — как она выразилась, «отпаивать тебя от учебного процесса».

Наша маленькая светлая кухонька со шторами персикового цвета в дурацкий зелёный горошек. Большая плита, деревянные шкафы, стол, накрытый белоснежной скатертью. Я залезла на своё любимое место — в уголок, и матушка Роза, улыбнувшись, поставила передо мной чашку с ароматно пахнущим чаем и тарелку со свежими булочками.

— Это твои любимые. Я так и думала, что ты сегодня придёшь.

Я сделала большой глоток обжигающего чая, моментально уловив чудесный вкус тонизирующего и успокаивающего сбора, который матушка Роза обычно приберегала для особенно чувствительных девочек.

— Первое время тяжело и непривычно, Шани. А потом ничего, приноровишься.

На самом деле я уже привыкла. Но я не могла так просто и быстро забыть о месте, где росла последние десять лет. Ведь здесь меня любили, а там… Даже если и любили, то скорее всего, уже разлюбили.

Я кивнула, откусывая булочку, глотнула ещё чаю.

— А почему вы не жалуете магию, матушка Роза?

Она, кажется, немного удивилась. Села рядом на стул, налила себе чаю, сделала глоток и ответила вопросом на вопрос:

— С чего ты так решила?

— Ну… все же знают, что вы неплохой маг, а сами магией почти не пользуетесь. И когда я училась, вы не захотели мне помогать…

Мои слова звучали как упрёк, но на самом деле упрёком они не были. Матушка Роза не занималась со мной или Эрли магией, но я никогда не винила её за это.

Она нас любила. Остальное было неважно.

— Магия не принесла мне счастья, Шани. Ни мне, ни тем, кого я знала. Только неприятности. Если бы твоя мама не была магом, ей не пришлось бы постоянно переезжать, скрываясь от тех, кто её преследовал. Ни один маг не смог спасти нашу Эрли. Даже ректор твоей академии.