Книга Двуликие, страница 574 – Анна Шнайдер

— Дядя, как, ну как это так? — простонала Данита, на мгновение отрываясь от него и заглядывая в лицо. — Дарида, как ты отощал! Где ты был?! Ты не ел? И как выжил? В «огненном цветке»?!

— Где он был, в принципе, ясно, — хмыкнул Дамир. Он уже перестал виснуть на бывшем императоре, словно неожиданно вспомнив, что вообще-то взрослый парень, а не маленькая девочка. — Притворялся магистром Кертом.

— А-а-а, — племянница изумлённо открыла рот, как будто только осознала, из кого Нарро недавно вытащил амулет личины. — Точно…

— Давайте-ка сядем. — Норд кивнул на постель, подталкивая племянников в спины. — И я вам всё объясню. Мне есть что сказать.

— Да уж, будь добр, — пробурчала Данита, показательно сводя брови. Теперь, когда радость чуть схлынула, можно было и характер показать, потребовав объяснений за волнения. В этом была вся Данита, но всё равно Норд не мог не признать, что она повзрослела. Прежняя племянница, та, которую он помнил, не стала бы участвовать в сегодняшней авантюре. Никогда в жизни.

Норд сел на кровать, Дамир и Данита примостились рядом, прижимаясь к его бокам, как когда-то в детстве. От этого непроизвольного поведения в груди стало тепло, словно племянники коснулись маленькими детскими ладошками его замёрзшей от постоянной боли души.

«Если бы не они, ты бы давно умер», — так однажды сказала Эмирин, рассматривая его чёрную, как дыра, ауру. Да, это было верно, он жил только ради них. А теперь ещё и ради Шайны…

— Простите меня, — произнёс Норд сердечно, погладив племянников по прямым и напряжённым спинам. — Что не посвятил в свои планы и заставил переживать. Это было нелегко, но иначе было невозможно. Вы не смогли бы искренне сыграть горе перед Коулом.

— Так это он? — изумлённо выдохнул Дамир. — Да ладно!

— Нет, не он, — покачал головой бывший император и начал объяснять. Про амбициозного Риланда, которому с детства хотелось быть важнее всех, и он добился этого среди эльфов, став Повелителем, но его заедало признание главенства человеческого императора над собой. И он мечтал занять место правителя над всем Эрамиром, не пожалев ради достижения цели ни своих детей, ни Эмирин, с которой всегда был дружен. Про Триш Лаиру, спасшую Эдриана от подчинения Крови ценой жизни и заключившую собственную душу в амулет, чтобы при необходимости защитить ту, которая пострадала от её действий в прошлом сильнее всех, — Эмирин. Рассказал про то, как избежал смерти, использовав старый артефакт Триш и ненависть Эдриана, чтобы выглядело правдоподобно. И наконец про то, что ему всё же придётся уехать, чтобы снять родовое проклятье. И императором будет Дамир. Не сейчас, но через пять лет, когда закончит учёбу в академии.

Племянники слушали молча и внимательно, почти не задавая вопросов. Норд не стал говорить о своих чувствах к Шайне — Дамир догадывается и так, а Даните это ни к чему, — только попросил поддерживать и её, и Коула, которому сейчас придётся нелегко. И друг друга, конечно.

— Но мы же будем видеться? — прошептала Данита дрожащим голосом, нервно смяв юбку платья на коленях. — Я поняла, что ты больше не хочешь и не можешь быть императором, что тебе надо уехать из-за проклятья… Но…

— Нит, не спрашивай глупости, — решительно отрезал Дамир прежде, чем Норд успел ответить. — Если дяде надо отказаться от того, что ему дороже всего на свете, то мы наверняка входим в это понятие. И лучше сейчас ничего не говорить, чтобы не влиять на метку.