Книга Двуликие, страница 79 – Анна Шнайдер

— Сам ты хавалка! — оскорбилась Триш, но продолжить ей не дали.

— Помолчи минуту, дай мне сказать. Я не претендую на особый статус твоего отца, ты права, мне это не нужно. Ты — результат случайной связи, я предупреждал твою мать, что ребёнок от неё мне без надобности, но она захотела рожать. Теперь ты живёшь у Эмирин и Нарро — ну и живи. Живи, Риш. Но я хочу, чтобы ты поняла: гораздо больше, чем твоей жизнью, я дорожу дружбой с Эмирин. Она попросила меня заниматься с тобой магией, и я не хочу ей отказывать. Относись ко мне просто как к учителю, если не можешь иначе. Я переживу.

В тот момент я понимала, что чувствует Триш. Очень хорошо понимала, хотя магистр Дарх и не говорил мне ничего подобного… но, наверное, мог сказать.

С одной стороны — Риланд не стал ей лгать, изображать из себя заботливого папашу. Но с другой… это очень больно. Я точно знаю — больно.

Вот и у Триш лицо исказилось так, словно она огнём обожглась.

— Да иди ты… в…!!! — выругалась грязно, сплюнула, развернулась и побежала прочь. Риланд проводил её насмешливым взглядом и рассмеялся.

А я проснулась.

Нет, я так с ума сойду с этими снами. Теперь голова болит и спать вовсе не хочется. Издевательство какое-то.

Я вздохнула, села на постели и потёрла ладонью лоб — он немного ныл, как будто меня ударили чем-то не очень тяжёлым, но ощутимым. Потом я посмотрела на Дин — она спала, завернувшись в одеяло, как в кокон. И Мирра тоже посапывала, но, наоборот, распахнувшись и открыв рот.

Я осторожно встала с постели, натянула туфли, накинула плащ. Почувствовала неловкость, осознав, что под плащом — пусть даже наглухо застёгнутом — у меня всего лишь ночнушка, — и сняла всё, надела бельё и платье, приготовленное на утро. А потом уже — плащ.

И на цыпочках пошла к выходу.

— Ты куда?

Шёпот был таким тихим, что мне показалось: это не голос Мирры, а просто какой-то ночной шорох.

Я обернулась и увидела, что рыжая приподнялась на постели, но её глаз и лица мне видно не было.

— Я скоро вернусь, — ответила я так же тихо. — Не переживай.

Несколько секунд она молчала, словно раздумывая, остановить меня или нет. И наконец шепнула:

— Будь осторожна, Шани.

Я кивнула, отвернулась и шагнула за дверь.

Император Велдон Первый

Когда-то давно, когда Велдон ещё был наследником, его отец сказал: «Со временем усталость станет твоим постоянным спутником. Кажется, для того чтобы она полностью исчезла из моей крови, мне нужно проспать целый год».

Тогда Велдон только посмеялся. Он был молод и полон энергии, мечтал о власти и венце императора, ему нравилось быть в центре внимания, он обожал работать на заседаниях с советниками, выслушивать доклады, принимать законы. И считал, что будет идеальным императором.

Теперь, вспоминая себя в юности, Велдон усмехался. Наивный… Ничего не бывает идеальным, всегда найдутся недовольные. А уж быть недовольным императором, который за двадцать лет правления страной не соизволил жениться и заделать наследника, сама Дарида велела.

Но он не мог. Жестокий император Велдон не мог жениться и обречь ни в чём не виноватую женщину на тот ужас, в котором находился все эти годы. Быть императрицей, дрожать за свою жизнь и жизнь наследников, мечтать о собственном ребёнке — и знать, что у тебя никогда не получится его зачать.