Книга Операция "Ух", или Невеста для Горыныча, страница 130 – Ирина Субач

— Ах! Какой мужчина! — Василиса смахнула с уголка глаз несуществующую слезу. — Даже жаль, что сгинул.

— Угу, — мрачно отозвалась я. — Всем жаль.

Тут я слукавила. Внутри меня все же боролось чувство — стоит ли Василисе рассказывать правду о том, что произошло на самом деле.

Ведь если начинать затрагивать все первопричины, приведшие к тому, что Елисей добровольно отправился в Навь, то пришлось бы рассказать сестре и о ее матери. Обо всем, что произошло в Волшебном Лесу…

— Значит, остался Иван, — задумчиво произнесла Василиса, постучав пальцами по подбородку. — Что ж, неплохой вариант. Симпатичный, золота много, и двадцать четыре сантиметра…

На лице сестрицы расцвела лукавая улыбка. Последний раз подобную я видела только на грибном лице Водянички…

Впрочем, улыбка быстро сошла с лица Василисы, словно она о чем-то запоздало вспомнила.

— А ты? — спросила она. — Тебе жених нашелся? Иначе батюшка не отменит свое слово о «двойном» замужестве! Умоляю, скажи, что у тебя есть жених. И кто он тогда? Больше же принцев не было?

Весь взгляд Василисы напоминал сейчас взгляд самого несчастного котенка на свете.

Я отвела глаза в сторону.

Разумеется, я понимала, куда клонит сестра, и при мысли о Вихре мое сердечко начинало биться чаще, дыхание менялось, казалось, что я хочу вдохнуть и обнять весь мир одновременно. Вот только ни я не была ему невестой, ни он мне женихом.

Слишком все усложнило появление Яги с Мораной.

Когда они раскрыли тайну о том, что все было лишь хитроумным планом, волшебный флёр чувств словно осквернили чем-то гадким и противным.

Теперь я не понимала — по-настоящему ли я чувствую к Вихрю все то, что чувствую, или это благодаря манипуляциям.

— Чего молчишь? — настойчиво продолжала пытать Василиса. — Это же Горыныч? Да? Батюшка очень рассчитывал, что наши царства объединятся, когда строил свой план. Феноменальная выгода!

Ох, лучше бы она ничего не говорила! Стало еще хуже!

— Знаешь, посиди здесь, — только и обронила я. — Что-то мне нехорошо, нужно выйти, подышать!

Не дожидаясь ответа, я вылетела из комнаты, хлопнув дверью, и по пути нос к носу столкнулась с Иваном-царевичем.

Он неуверенно перетаптывался в коридоре, в нескольких метрах от нашей двери.

— Василиса уже проснулась? — завидев меня, озадаченно спросил он.

Я раздраженно кивнула.

— А ты свататься пришел? — бросила я. — Тогда ты вовремя. Она ждет.

Я думала, Иван сходу после такого разрешения кинется в бой, но царевич неуверенно замер.

Это заставило и меня остановиться, хотя еще мгновение назад мне хотелось оказаться как можно дальше от этой комнаты с сестрой, из-за которой всё заварилось.

— Что-то не так? — спросила я у Ивана.

И тот неуверенно кивнул.

— Я хотел сказать твоей сестре, что… — он замялся, будто подбирал слова.

— Передумал?! — удивленно подсказала я.

— Не совсем, но я не уверен, — наконец выдал он. — Мне нравится Василиса, она красивая. Очень красивая… Смотрю на нее — и сердце хочет выпрыгнуть из груди. И не только сердце.

— Да-да, — язвительно отозвалась я. — Кровообращение у тебя хорошее, это мы уже поняли. Но что не так с моей сестрой?

— Я ведь ее даже не знаю, кроме как по портрету и по разговорам в той беседке, — Иван отвел взгляд, словно ему было стыдно говорить дальше. — Но после того как я увидел, на что способна ее мать, к чему привел договорной брак Лебедь и Гвидона… Я сомневаюсь, что такие отношения будут правильными. Я видел, как Финист смотрит на Водяничку — у них в глазах есть нечто большее, чем «договоренность и долг». Я бы хотел так же…