Книга Операция "Ух", или Невеста для Горыныча, страница 24 – Ирина Субач

Внук Яги одной рукой ухватился за торчащее голенище Елисея и дернул, будто в полсилы, вверх.

Словно репка из-под земли наружу показалась замерзшая физиономия Елисея. Красная, а местами даже синяя.

— Благодари царевну, – сквозь зубы прорычал Вихрь. – Так бы сам выбирался.

На этом он отряхнул руки от снега и ретировался в сторону, пока остальные хлопотали вокруг. У Финиста обнаружился целебный жир, которым намазали подмерзшую морду Елисею, а у Ивана-Царевича фляга с чем-то крепленым. Явно не вином.

Елисей же растекался благодарностями в мой адрес, преданно заглядывал в глаза, зачем-то пытался хватать за руки, и даже лез их лобызать.

В ужасе я отдернула пальцы прочь. Этого мне еще не хватало!

— Царевна, вы покраснели, – словно издеваясь заметил Финист. – Кажется, боги начали слышать молитвы вашего батюшки.

— Чтоб тебе Марьюшка язык оторвала, – огрызнулась я, и тут же добавила. – И оторвет, я тебе гарантирую. И не только язык, если не заткнешься!

Но Финиста явно ситуация веселила. Он хоть и умолк, но то и дело поглядывал то на меня, то на Елисея.

— Ах, Змеинушка, как же раньше я не замечал в вас благородства девичьего, никакая краса не сравниться с добротой вашего сердца… – рассыпался тот, а я уже начинала жалеть, что не оставила его в сугробе.

— Не знаю о каком благородстве речь, а мне просто не хотелось писать потом похоронные письма вашему батюшке, – отшила я. – Объяснять, в каких лесах я потеряла его сына. Так что не придумывайте себе ничего лишнего, Елисей Берендеич.

На этом я развернулась и ушла к своему коню.

После этого, мы еще несколько часов брели по лесу, пока лошади на начали подавать признаки усталости.

— Привал, – постановил Вихрь. – Впереди будет хорошая поляна для ночлега. Остановимся там.

Полянка, про которую говорил Вихрь и в самом деле выглядела перспективной для ночлега.

Над аккуратной, ровной, словно специально подготовленной для остановки, площадке было удивительно уютно для леса.

Снега почти не навалено, от него по бокам укрывали густые кустарники, сверху плотной кроной нависали ели, а еще лежал огромный камень в два моих роста, будто кусок древней стены – казалось, за ней можно спрятаться вообще от любых угроз.

Непонятно только откуда он тут взялся, до гор было еще далеко, а таких огромных валунов в равнинном царстве батюшки отродясь не водилось.

Впрочем, сейчас меня это мало волновало.

Я поняла, что и в самом деле, устала. Хотелось, сесть отдохнуть, но не все было так просто.

— Нужно набрать хворост для костра, – огласил Вихрь.

— А как же лучина? – робко спросил Елисей.

Он как самый подмороженный после пребывания в сугробе еще не до конца отогрелся, то и дело его трясло от холода, а может и еще от чего.

На Вихря он почему-то посматривал с опаской.

— От лучины все не согреемся, – мрачно отозвался Финист, который стал невольным хранителем сего артефакта. – Не сильно-то от нее и тепла много, сколько нес, ни разу не пригрела.

— Да кому нужна лучина, – отмахнулся Иван-царевич. – У нас есть самобранка, у нее вино. Нет ничего лучше зимним вечером чем вино, теплая дружеская компания и женщины!

Волосы на моей голове зашевелились и зашипели, Иван же понимая, что ляпнул глупость, принялся оправдываться:

— Я не то имел ввиду, царевна. Вы ж тем более и не женщина…