Книга Операция "Ух", или Невеста для Горыныча, страница 44 – Ирина Субач

— Что бы не сказал, батюшка был бы счастлив, если бы и меня Горыныч спер! – рявкнула я. – Его двухголовый зятем вполне устроит. Сам же слышал на пиру. Одна голова мне, вторая Василисе… Хотя, о чем я вообще? Хана бы Горынычу настал, я бы такого терпеть не стала! Многоженство – противоречит моим семейным ценностям!

Финист с сомнением посмотрел на меня.

— Царевна Змеина, у этого Горыныча одна голова была.

Я удивленно вскинула бровь.

— Да? Не заметила.

— А куда, прости Перун мою пошлость, ты тогда смотрела? – из сугроба вынырнула грибная шляпка. – Даже я со своей неудобной наблюдательной позиции заметила, что башка у этого одна!

Откуда–то из под снега раздался колобковый бубнеж:

— Чисто анатомически у самцов минимум две головы…

— Отставить срамоту! – скомандовал Финист, потому что я залилась краской.

Нет, разумеется, я не смотрела и не считала головы Горыныча. Просто когда он столь неожиданно появился в небе я оторопела, потерялась в величественности и силе, которая исходила от огромного Змея.

Мне даже показалось, что я каждой клеточкой своего тела ощутила тот немыслимый жар, который от него исходил, даже несмотря на расстояние между нами. Это ощущение приводило меня одновременно в невероятное восхищение перед мощью Горыныча и трепет с толикой запоздалого испуга.

А что, если бы Горыныч заметил нас на полянке и решил сжечь?

Одного выдоха хватило бы ему, чтобы превратить нас в пепел.

К счастью, Горыныч явно летел не по нашу душу – так быстро скрылся, и более не появлялся.

— Интересно, что он тут делал? – задала вопрос я вслух. – Если Василису похитил, по идее, сидел бы в своем замке, к свадьбе готовился. Зачем опять над батюшкиными землями шастает?

— Кто ж его знает, – буркнул Финист. – Вот дойдем, там и спросите, прежде чем в камень обратить! А пока надо разбить место для отдыха.

Я помогла Финисту собрать хворост, дальше мы долго пытались развести костер – без Вихря никак не получалось. Да и голодно становилось, причем не только мне.

У Ясна Сокола предательски урчало в животе, так громко, что разносилось по всей полянке, и я поделилась с ним остатками орехов, располовинив горсточку. Но такие крохи точно не могли накормить огромного богатыря.

Солнце уже клонилось к закату, когда мое беспокойство достигло апогея.

Ни царевичей, ни Вихря… нужно было что-то решать. Идти дальше к горам, пока лошади не устанут – или все же подождать до утра, дав отставшим еще немного времени, но самим при этом потерять почти полдня пути.

Чем темнее становилось, тем больше я понимала, что сама тяну время. Косился на меня и Финист, но с решением не торопил. Молчала и Гриба, она уснула пригревшись за пазухой у богатыря.

Внезапно кусты на окраине поляны зашевелились, и оттуда показалась морда знакомого коня, а следом и егерь! От радости я вскочила с места, а в следующий миг осеклась. Что я творю вообще?

Отчего вскакиваю? От того, что этот Вихрь просто явился? А ведь он между прочим, меня смертельно оскорбил! Я заставила себя натянуть на лицо самое тухлое и недовольное выражение лица и сесть на место.

Не шелохнулось и тогда, когда егерь подъехал к костру и спрыгнул наземь.

Царевичей с ним не было.

— Ты опоздал! – недовольно обронила я.

— Это я не я опоздал, а вы меня зачем-то ждали, – ответил он. – Я не просил и тем более не заставлял.