Книга Операция "Ух", или Невеста для Горыныча, страница 66 – Ирина Субач

Кажется, даже дышать забыла как.

Губы ее сжались.

— Ты главная? – бросила она мне.

На мгновение я засомневалась. Потому что сейчас на полянке главной резко стала Яга, а не я. Настолько сильно от нее исходил авторитет.

— Вы бабушка Вихря? – ответила я вопросом.

— Нет, дедушка, – рявкнула она, тыкая пальцем в Ивана и Финиста. – Ты и ты, быстро погрузили моего внука в ступу. Здесь я ему ничем не помогу.

Под ее звонким приказом Ясный Сокол вытянулся в струнку и без вопросов принялся исполнять. Иван немного растерялся, что-то пытался бурчать, мол, негоже царевичам егерей на себе таскать, но… быстро призаткнулся.

Потому что Яга смотрела так… что даже мне захотелось сквозь землю провалиться.

Я ощущала себя нашкодившим котенком, напрудившим ей в эти самые красные сапоги. Хотя понимала, что я ничего плохого не делала. Наоборот, я вроде вытащила Вихря из логова Соловья.

Когда егерь оказался погружен в ступу, Яга все так же без комментариев двинулась к ней, явно собираясь улететь.

— Постойте, а как же мы! – возмущенно заголосила Гриба. – Ладно они, а я! Меня! Меня забыли!

Яга на мгновение остановилась, обернулась, а после недовольно, но все же бросила:

— Мужики пусть на коней садятся и за мной скачут, тебя на руки пусть возьмут. Кто не успеет, это его проблемы.

— Но… – встряла в разговор я. – Коней всего трое…

— И что? – Яга выглядела раздраженной. – Мужиков тоже трое. А что касается тебя…

Женщина еще раз оглядела меня, а после тяжело вздохнула…

— Двигайся по следам Нерды. Там лошади не пройдут, а ты напрямую проползешь. Доберешься до моей избушке и жди там. Пока я твоих проведу…

Дважды нас уговаривать не пришлось.

Если кто-то из нас и молился помощи, то лучшего варианта, чем Яга, явно искать не приходилось.

Весь путь по заснеженному лесу я ползла, ощущая, как ледяные иглы ветра впиваются в чешую, а тяжесть усталости тянет вниз. Боролась с наползающим сном. Бодрило меня только осознание того, что если я собьюсь с пути или усну, то меня вряд ли кто-то вытащит из этой снежной ловушки до весны.

Все было просто. Там, где отчетливо проступали тонкие следы лап паучихи, могла пройти, а точнее поползти, только я. .

Ведь повсюду были болота. Снег здесь был обманщиком — белый, пушистый, а под ним чернела бездна, жаждущая проглотить неосторожного. Наступишь человеческой ногой или лошадиным копытом – и поминай как звали. Лед проломится, а под ним гиблая трясина. Из такой уже не выберешься. Даже мысль об этом заставляла чешую ёжиться от холода.

Но, будучи змеей, я легко скользила по снегу, оставляя чешуйчатые росчерки…

И все же Баба Яга забралась далеко от границ батюшки Гвидона. Горы остались позади, их острые пики растворились в серой дымке вместе с уже пройденными опасностями. «А вообще странно, – мелькнула острая мысль. – Разве Вихрь не говорил, что Яга живет в новой избушке, построенной по реновации?» Отчего-то я была уверена, что Яга жила по другую сторону гор, но сейчас выходило, что нет. Мы ведь уже находились в Горынычевом царстве…

Раздумывая об этом, я сама не заметила, как выскользнула к огромному деревянному терему посреди леса. Он словно из ниоткуда возник перед моим носом, поразив высотой и общими габаритами. Резные ставни смотрели на меня, словно яркие леденцы-петушки, а крыша, увенчанная снежной шапкой, казалось заслоняет пол неба. Змеиная ипостась не умела присвистывать от удивления, поэтому я, слегка одурев от дома, зашипела.