Книга Моя. По праву истинности, страница 6 – Виктория Кузьмина

Я промывала тряпку в теплой воде, готовясь протереть последний подоконник на этом этаже, когда резкий хлопок распахнувшейся двери и громкий, слащавый голос заставили меня вздрогнуть.

— Дорогие мои подписчики, я сейчас еду в студию, мы будем делать образ на свадьбу моего братишки! Не будьте душными! Я задержалась всего на полчаса!

Я бросила взгляд в сторону лифта. Там стояла девушка с короткими, неестественно золотистыми и пушистыми волосами, словно их спалили краской. Одета она была в нелепый, не по погоде наряд: короткую дубленку кислотно-зеленого цвета, юбку в клетку, колготки в крупную сетку и массивные розовые берцы с металлическими клепками. Она говорила в телефон, ведя прямой эфир.

Девушка моего возраста, — мелькнула мысль. Я пожала плечами и, промыв тряпку, принялась тереть оконную раму, стараясь не обращать на нее внимания. Я уже насмотрелась на разное, работая здесь. Блогеры в дорогих районах не редкость, их контент был с другой планеты по сравнению с жизнью простых людей вроде меня.

Но неожиданно резкая боль прострелила затылок. Я ахнула и обернулась. Девушка держала мою косу и, улыбаясь в камеру, тараторила:

— Да, вы правы, волосы прикольные! Длинные... — Она дергала сильнее, чтобы я попала в кадр. — Как думаете, мне пойдет? Да какая разница! Дорогие мои, она тут полы моет, и имя таким — прислуга.

Стыд, жгучий и гадкий, пробрал меня до самых костей. Чувство, будто меня публично раздели и осмеяли. Прислуга. Без имени. Да, многие смотрят на уборщиков свысока. Но я не из таких. Это такая же работа, как и любая другая. Чем я хуже тех, кто сидит в офисах? Ничем. Я зарабатываю деньги как могу, и плевать мне на их оскорбления. Я знаю, ради чего это делаю.

Я резко выдернула волосы из ее хватки, схватила ведро и направилась к кладовке, чтобы сменить воду. Но девушка, закончив эфир, не успокоилась и последовала за мной.

— Эй! — крикнула она. — Продай мне волосы! Я хорошо заплачу!

Я слила грязную воду и насухо вытерла ведро тряпкой.

— Нет, — коротко бросила я, не глядя на нее.

Она фыркнула, и на ее лице появилось раздражение.

— Ты же нищая! А я заплачу много! Тебе-то они на что?

— А тебе? — холодно спросила я.

Она опешила на секунду, затем выпалила:

— Я на свадьбу к брату еду и должна выглядеть круче всех!

Я пожала плечами и попыталась пройти мимо.

— Купи другие.

— Но я хочу твои! — ее голос стал визгливым. Она схватила меня за руку. — Ну че ты выебываешься!

— Отпустите меня.

— Я сказала, продай, пока я их тебе не отрезала! — ее пальцы впились в мое запястье.

Внезапно из открывшихся дверей лифта донесся негромкий, хриплый смех. Оттуда вышел высокий, широкоплечий мужчина-брюнет. Он с усмешкой оглядел нас.

— Зачем вам ее седые волосы? — произнес он спокойно. — Их ведь никуда не использовать. Краска не возьмется.

Девушка тут же отпустила мою руку, схватила мою косу и пристально всмотрелась в нее. На ее лице отразилось отвращение.

— Твою мать! — выругалась она и, бросив на меня злой взгляд, и влетела в закрывающийся лифт.

Я осталась стоять, переводя дыхание, и посмотрела на незнакомца. Он не ушел, а прислонился к косяку двери, с интересом разглядывая меня. И... принюхивался. Тихо, почти незаметно, но я уловила это движение.

Оборотень.

Страх, липкий и холодный, мгновенно пополз по моей спине. Я похолодела. Выражение лица мужчины тут же сменилось с заинтересованного на недоуменное. Он заметил мой испуг.