Книга Золушка. Перезагрузка, страница 68 – Ямиля Нарт

— Почему? — вырвалось у меня.

— Потому что в этом мире существует понятие «одержимости», — его зеленые глаза сузились до щелочек. — Если дух умершего или, что еще хуже, сущность из Иного мира вселяется в тело живого человека, это считается величайшим проклятием и кощунством. Церковь и Гильдия относятся к таким случаям с предельной жестокостью. Тебя не станут слушать. Тебя объявят одержимой, твое тело сожгут на костре, чтобы «изгнать дьявола», а твой дух… я даже не знаю, что с ним станет. Возможно, он будет навеки заточен в каком-нибудь артефакте-темнице.

Меня бросило в дрожь. Его слова были не пустой угрозой, а констатацией ужасающей реальности. Этот мир, при всей своей внешней схожести, был диким и жестоким в своих суевериях.

— Я поняла, — выдохнула я, сжимая дрожащие пальцы. — Значит, я навсегда в ловушке этой тайны.

— Всё не так уже и плохо, — сказал он мягче. — Тайна может быть и защитой. Продолжай делать то, что делаешь. Будь Элис Мёрфи. Используй знания своей Алины, но прикрывайся именем и наследием Лисандры. Люди верят в то, во что хотят верить. Они видят возрождение поместья, хорошие кремы и умные решения — и списывают это на гениальность матери или на твою собственную предприимчивость. Не давай им повода думать иначе.

Он помолчал, а затем добавил с легкой кошачьей ухмылкой:

— А что до меня… считай, что у тебя появился самый бдительный страж твоей тайны. И, должен признаться, твоя история куда интереснее, чем любая придворная интрига. Мир без магии… Удивительно.

Я смотрела на него, и чувство глубочайшей благодарности смешивалось с леденящим душу страхом. Он был прав. Моя вторая жизнь висела на волоске, и единственным, кто знал правду, был говорящий кот. В иной ситуации это показалось бы смешным. Сейчас же это было единственным, что давало опору.

— Спасибо тебе, — прошептала я. — За то, что не испугался.

— Коты пугаются пустых мисок, — флегматично ответил он, спрыгивая со стола. — А теперь, раз уж мы все выяснили, не помешало бы проверить, как там поживает наша новая помощница. Дела, дела… Элис.

Он подчеркнул мое имя, и в его взгляде я прочитала напутствие и предупреждение одновременно.

Я сидела несколько минут, все еще ощущая дрожь в коленях. Его предупреждение об «одержимости» висело в воздухе ледяным облаком. Но работа не ждала. Собравшись с мыслями, я направилась в оранжерею, где Инна по соседству с мистером Гримзом, во всю перестраивавшим помещение под мои запросы, уже разбирала принесенные ею скромные пожитки, а заодно и наши запасы трав.

— Инна, — окликнула я ее. — Помнишь, ты упомянула о «Слезах русалки»? Мне кажется, пришло время поэкспериментировать. Я купила немного.

Она обернулась, ее глаза вспыхнули интересом.

— Вы серьезно, мисс Элис? Но это же… очень дорогой капризный компонент.

— Я купила совсем немного, — сказала я. — И для Мило и для тебя нужно что-то большее, чем просто успокаивающая мазь. Нужно остановить болезнь изнутри, укрепить саму кожу. Ты говорила, что «Слезы» могут служить мощным проводником и усилителем.

Инна кивнула, и ее лицо приняло сосредоточенное, профессиональное выражение.

— Да, это правда. «Слёзы русалки» — это не что иное, как водный раствор активного кремния, насыщенный праной лунного света. Его редко используют из-за сложности добычи, но он обладает удивительной способностью проникать в самые глубокие слои тканей и усиливать свойства других компонентов, — она помолчала, нахмурившись. — Но с ним нужно обращаться осторожно. Он усиливает всё — и хорошее, и плохое. Если в зелье есть малейшая примесь или дисбаланс, «Слезы» усилят и его. А при передозировке… он может вызвать странные видения, зависимость, даже отравление.