Книга Золушка. Перезагрузка, страница 93 – Ямиля Нарт

Почерк Лилии был размашистым, уверенным:

«Дорогая Элис! Ваш набор — это не просто косметика, это чудо! Кожа стала бархатной, как лепесток розы, а аромат... он просто сводит с ума, я почти перестала пользоваться парфюмами. Я уже вижу реальный результат и не могу молчать, даже если бы и захотела.

Должна признаться, вы стали настоящей знаменитостью в нашем доме. Те самые баночки с кремом для рук, что вы любезно предоставили для моих горничных и управляющей, произвели настоящий фурор. Девушки буквально молят меня о новой партии — говорят, что за все годы работы у них никогда не было таких мягких и ухоженных рук, несмотря на постоянную работу с водой и тканями. Вы не представляете, как приятно видеть их благодарные улыбки.

Мне искренне жаль слышать о подлых кознях, лишивших вас лавки, но позвольте предложить альтернативу, куда более эффективную. На следующей неделе я устраиваю небольшой званый ужин для круга моих самых близких и влиятельных подруг. Это те дамы, чье мнение в свете значит если не всё, то очень и очень многое. Их расположение открывает любые двери. Приезжайте и покажите свою косметику. Поверьте, это будет лучше, чем дюжина лавок в самых проходных местах. Жду вашего согласия.»

В шкатулке же, на мягком бархате цвета спелой вишни, лежал ограненный кристалл. Рядом лежала карточка с тем же изящным почерком: «Для более оперативной связи. Просто положите письмо вместе с кристаллом в шкатулку — и письмо появится возле парного кристалла».

Щедрость и стратегический ум Лилии поражали. Это был не только жест доброй воли, но и расчетливый ход. Я немедленно воспользовалась артефактом и отправила ей письмо с благодарностью и согласием. Затем погрузилась в пучину подготовки.

Ужин в высшем свете... У меня не было титула, но у моего рода была обширная территория и имя, известное благодаря революционным научным трудам Лисандры и обширным торговым связям отца, привозившему диковинки из-за морей. Этим и следовало играть.

Я решила отказаться от банального платья. Мне нужен был образ, который врежется в память, который без слов говорил бы о том, что я не очередная барышня, томно ищущая выгодную партию, а серьезный деловой партнер, новатор. Так я остановилась на костюме-тройке. Брюки для женщин здесь были редкостью, почти вызовом устоям. Но вызов — это именно то, что мне было нужно. Я набросала эскиз на листе: широкие, летящие брюки из молочно-белого шелка; приталенный жилет с серебряной застежкой, обрисовывающий талию; и длинный, струящийся, почти как пальто, пиджак-накидка того же цвета с широкими рукавами. Образ получался андрогинным, экстравагантным, но безупречно элегантным. Лучший способ скрыть прошлое затворницы Элис — создать новую, яркую и уверенную в себе легенду.

С этим эскизом я отправилась в импровизированную швейную мастерскую, где уже вовсю хозяйничали Зара и Пикси. Мышки, выслушав мой заказ и изучив чертеж, пришли в неистовый восторг.

— Брюки!— запищала Зара, ее нос задрожал от возбуждения, а усики затрепетали. — Это ж надо, какая смелость! Будет тебе, хозяйка, самый что ни на есть модный и дерзкий наряд во всем Аэлисе! Клянусь сыром!

Пока кипела работа над моим «боевым костюмом», вернулся Корвин. Есть семья уже перебралась на обустроенный чердак, который Макс и его ребята по моей просьбе утеплили. Его мощные крылья рассекли вечерний воздух без единого звука, и он уселся на своем любимом месте — на спинке моего кресла в кабинете. Его черные, как уголь, глаза блестели.