Книга Тиран, я требую развод!, страница 64 – Элайра Вэлморн

Женщина молча осмотрела меня с головы до ног, потом перевела взгляд на Бьорна. Он что-то сказал ей на их гортанном наречии. Она снова посмотрела на меня и, не сказав ни слова, кивнула, пропуская внутрь.

Внутри было темно и пахло сушеными травами. Пучки каких-то растений висели повсюду: на стенах, под потолком. В центре горел маленький очаг.

— Садись, чужачка, — сказала она. Ее голос был скрипучим. — Бьорн сказал, ты хочешь знать. Зачем? Чтобы помочь своему королю быстрее убить тех, кто еще жив?

— Нет, — ответила я, садясь на грубую скамью. — Чтобы помочь им выжить.

Она хмыкнула, но в ее глазах я увидела проблеск интереса.

Я провела с ней несколько часов. Я не расспрашивала. Слушала. И она говорила. Женщина была хранительницей знаний своего народа. Она помнила драконов другими. Эльра рассказывала о них не как о зверях, а как о личностях. О мудром старом Игнисе, который знал все легенды мира. О прекрасной Аурелии, чья чешуя сияла, как закатное солнце. О молодом и озорном Феррусе, который любил играть с детьми.

А потом она начала рассказывать о хвори. И ее рассказ был полон таких деталей, которые мог заметить только очень внимательный и любящий наблюдатель.

— Все началось с воды, — сказала она. — Вода в нашей реке, что течет с ледника, всегда была чистой, как слеза. А потом она стала… другой. У нее появился странный, металлический привкус. И она стала оставлять на камнях рыжий, ржавый налет.

Мое сердце пропустило удар. Металлический привкус. Ржавый налет.

— Потом изменилась земля, — продолжала Эльра. — Трава стала расти хуже. Животные, которые пили воду из реки, начали болеть. А потом и наши хозяева. Сначала они стали вялыми. Их огонь ослаб. Потом начала выпадать чешуя, а на ее месте появлялись эти ужасные язвы. Они стали плохо видеть, плохо слышать. И они стали злыми. Боль делает злым любого.

Она замолчала, глядя на меня своими пронзительными глазами.

— Я пробовала все. Давала им отвары из очищающих трав. Я читала над ними древние заговоры. Ничего не помогало. Яд, который отравил нашу землю, оказался сильнее моей магии.

Яд.

Это слово было ключом.

Тяжелые металлы.

Эта мысль, как молния, пронзила мой мозг. Симптомы, которые она описывала… вялость, проблемы с кожей, выпадение «волос» (чешуи), неврологические нарушения (агрессия, потеря «речи»), бесплодие… Все это было классической картиной отравления тяжелыми металлами. Свинцом. Ртутью. Мышьяком. Я видела об этом документальные фильмы в своей прошлой жизни. О промышленных катастрофах, об отравленных реках, о вымирающих животных.

Но откуда здесь, в этом диком, нетронутом мире, могло взяться промышленное загрязнение?

И тут я вспомнила. Финансовые отчеты. Строительство. Шахты.

В отчетах, которые я изучала, постоянно мелькали огромные суммы, выделяемые на «разработку новых серебряных рудников» в северных провинциях. Проектом руководил… герцог де Монфор. Тот самый, кто больше всех ратовал за войну с драконами.

Картинка начала складываться. Ужасная, чудовищная в своей простоте картинка.

Они не просто добывали серебро. При добыче серебра часто в качестве побочных продуктов выделяются другие, гораздо более токсичные металлы. Если они использовали какие-то примитивные, грязные технологии добычи и очистки, если они сбрасывали отходы прямо в горные реки… А река, которая текла через эту долину, брала свое начало именно там, на севере, за Драконьими Пиками.